БЕСЕДЫ С ЛОГОПЕДОМ 3.Дислексия и дисграфия.Логопед,психолог Инна Констатиновна Богородицкая.Беседу ведет детский психолог Ирина Яковлевна Медведева

Поделиться:
10.05.2015




Ирина Медведева: Здравствуйте. Те, кто видели наши предыдущие передачи, уже знают нашу гостью. Наша гостья – это Инна Константиновна Богородицкая, логопед-психолог, арт-терапевт, филолог, и она будет нам рассказывать о характерных нарушениях в чтении и письме у детей. Она будет рассказывать о таких нарушениях, которые называются дислексия, это когда нарушено чтение, и дисграфия, это когда нарушение на письме. Здравствуйте, Инна Константиновна.

Инна Богородицкая: Здравствуйте.      

Ирина Медведева: Сегодня, мне кажется, нам уже надо начать более серьезный разговор о нарушениях. В чтении или на письме Вы хотите сегодня? Или немножко о том, немножко о другом, а, может быть, в последующих передачах мы поговорим более подробно? А сегодня давайте немножко расскажем о том и о другом, что такое дисграфия и что такое дислексия.

Инна Богородицкая: Да, на самом деле, в нашей прошлой передаче Вы очень важный вопрос подняли. Вы говорили о том, что дети, именно просматривая мультфильмы и проводя большое количество времени перед экраном телевизора, даже просматривая хороший материал мультипликационных фильмов, становятся пассивными потребителями информации, у них связаны образ и слово…

Ирина Медведева: Они слово и образ получают одновременно, и поэтому словесно-образная связь у них формируется зачастую неполноценно.

Инна Богородицкая: Да, неполноценно. И очень сложно потом именно обучаться грамоте, когда нет дополнительного эмоционального воздействия. Но я хотела бы эту тему еще немножко расширить, ведь в последние годы наши дети, их родители, семьи вообще очень ориентированы на развлечения.

Ирина Медведева: Да.

Инна Богородицкая: Когда я вспоминаю свое детство и когда вспоминаю, не говоря уж о том, что пережили, например, предыдущие поколения, это война и какие-то действительно серьезные лишения, развлечения ребенка, например, 70-х годов, отчасти 80-х – это были такие очень скромные развлечения. Это были дни рождения, это были какие-то школьные праздники, в которых дети, как правило, сами принимали активное участие. Они заучивали тексты, они выступали с песнями, танцами. Дома пионеров – мы это все помним.

Ирина Медведева: Даже когда они приходили в гости на детский день рождения, они быстренько там готовили концерт для взрослых в другой комнате.

Инна Богородицкая: Да, более того, вспомните, более старшие дети сами готовили себе и накрывали столы. Я очень хорошо помню, что когда я заканчивала школу, вернее, когда перед нами один из десятых классов заканчивал школу, они приняли такое решение, что они не будут брать деньги у своих родителей на выпускной вечер, они будут убирать целый год школу. После уроков они оставались, назначали дежурных, мыли полы в коридоре, кабинетах, и потом они таким образом на эти заработанные деньги отметили свой выпускной вечер.

Ирина Медведева: Здорово, какие дети прекрасные.

Инна Богородицкая: Да, вот такие были дети.

Ирина Медведева: Совсем недавно.

Инна Богородицкая: Да, сейчас маленькие дети практически даже только готовятся к тому, чтобы готовиться к школе, но они уже столько увидели и услышали, они уже столько получили развлечений. Они были в Макдональдсах на праздниках, они были в клубах «Трали-Вали», такой действительно есть клуб, оказывается.

Ирина Медведева: В аква-парке.

Инна Богородицкая: Да, ездят в путешествия всевозможные.

Ирина Медведева: В том числе и за границу.

Инна Богородицкая: Да, ну, в этом, наверное, нет ничего плохого. Я все время между прочим пыталась узнать в одной из стран: «А есть у вас какие-нибудь познавательные экскурсии для детей?»

Ирина Медведева: И что?

Инна Богородицкая: Так вот вряд ли, далеко не везде это есть. А вот развлечений – сколько угодно. Все это лирическое отступление к тому, что действительно ребенок настолько привык развлекаться, что когда ему нужно что-то сделать какое-то интеллектуальное усилие над собой, тут-то у него возникает проблема, потому что он к этому, просто говоря, не привык.

Ирина Медведева: Инна Константиновна, Вы обратили внимание на то, что и педагогов теперь ориентируют на то, что надо детей учить так, чтобы им все время было интересно, чтобы все время это было похоже на игру. Но это же ужасно, жизнь-то потом не будет всегда интересной. К чему их готовят? В жизни же очень много трудного и скучного.

Инна Богородицкая: Конечно.

Ирина Медведева: Значит, да, с маленькими детьми, конечно, надо начинать обучение с игровых моментов, но их должно быть все меньше и меньше по мере взросления ребенка.

Инна Богородицкая: Да, вот в чем мудрость, конечно, работаем с тем, с чем работаем, с чем приходится. То есть раз уж к нам попадают такие дети, то все-таки методики, с одной стороны, должны содержать игровой момент, но это должен быть здоровый соревновательный игровой момент. В этом отношении я очень люблю методику Зайцева, потому что, во-первых, там присутствуют эти кубики, которые похожи на детские игрушки, погремушки, они наполнены такими звенящими и стучащими предметами, что уже есть некий переход в фонетику русского языка, потому что у нас есть звонкие и глухие согласные.

Ирина Медведева: Да-да.

Инна Богородицкая: Это с одной стороны. Ребенок может перемещаться в процессе такого занятия, то есть он не сидит, потому что как только он садится, он тут  же становится вялым и безжизненным. Когда он передвигается, он полон жизни, полон энергии. Далее, удается сохранить ему зрение, потому что буквы на кубиках крупные, нужно смотреть на таблицу, нужно смотреть на кубик. Помните, как раньше, когда крестьяне забрасывали сено? Как говорила знакомый окулист, почему раньше не было людей с плохим зрением. Потому что крестьяне брали сено, потом – вверх его. То есть постоянно зрение…

Ирина Медведева: Тренировалось, конечно.

Инна Богородицкая: Тренировалось, да.

Ирина Медведева: Хорошо работает тот орган, который в работе.

Инна Богородицкая: Который работает, да. И более того, ребенок стоит перед таблицей, и Зайцев говорит, что нужна такая длинная указка, обязательно, чтобы спинка была распрямлена, да еще учитель должен стоять сзади. Такие гуманистические моменты, потому что когда сзади стоит педагог, взрослый человек, у ребенка возникает чувство защищенности.

Ирина Медведева: Конечно.

Инна Богородицкая: Он чувствует себя защищенным вот в этом состоянии. Зайцев придумал и попевки, то есть кубик не просто там ребенку проговаривается, он пропевается. Там, «лу-ло-ла-лэ-лы», на простую мелодию, которая легко запоминается. Вот, посмотрите, я хочу просто показать, как выглядит такая таблица. Как-то можно нам ее?

Ирина Медведева: Давайте попытаемся.

Инна Богородицкая: Здесь у нас вертикальная таблица, есть еще горизонтальная, длинная таблица. Но я такой облегченный вариант принесла. Здесь все гласные, вот эти крупные клубнички, который ребеночек съедает в воображении после того, как проговаривает гласные, здесь тоже все не так просто. Оказывается, что твердые и мягкие согласные – это связано все с объемом резонатора. То есть когда мы говорим «а» или «ма», мы шире открываем рот. Когда мы говорим «мя» или «мю», то ротик у нас открыт меньше. Поэтому когда ты произносишь вот эти гласные, ты съедаешь большую клубничку, когда эти, то – маленькую клубничку, так же как и все слоги с ними. И вот, пожалуйста, принцип: здесь все согласные, серым обозначены звонкие, коричневым – глухие, потому что глухие ассоциируются с деревом, а звонкие – с железом. И все варианты со всеми гласными – вот они. Все очень логично. И проговаривая эту таблицу, ее можно проговаривать и так, и по горизонтали, ребенок, во-первых, слышит звук, и, во-вторых, он видит зрительное изображение буквы и слога. Таким образом, ему легче запоминать, и плюс – конечно, кубики. Это только таблица. Это кубики, повторяющие те же слоги, которые есть на таблице. Если бы кто-то спрашивал меня, моего мнения, когда моего мнения действительно спрашивают, я всем бы учителям рекомендовала в классе повесить таблицу Зайцева. И, конечно, родителям, особенно, если есть какие-то проблемы у ребенка.

Ирина Медведева: Да, а можно ли по этой таблице или какой-то, может, похожей таблице выявить проблему? Если мы говорим о дислексии, это же определенное нарушение, это же не просто ребенок, который ленится или по каким-то другим причинам, скажем, по причине задержки развития не может читать. Дислексия – это определенное нарушение. А вот может ли эта таблица служить диагностическимпособием?

Инна Богородицкая: Конечно, безусловно. Во-первых, приходит мама иногда ко мне и говорит: «Вы знаете, он знает у меня все буквы». И когда я начинаю просто показывать ребеночку: «Назови мне вот этот слог. Назови мне эту буковку» – я тут же начинаю понимать в процессе этой беседы, что он путает буковки. Он путает буковки по звонкости и глухости, иногда он путает их по сходству написания, потому что в частности, дисграфия и дислексия, они бывают разных видов, просто не хочется утомлять родителей, да это и не нужно. Это уже прерогатива специалистов – изучать это и знать.

Ирина Медведева: Но вот характерная ошибка на чтении – это звонкие согласные путают с глухими.

Инна Богородицкая: Звонкие путают с глухими. Иногда по сходству написания. Предположим, «х»-«к»: они похожи, а вот ребенок их путает. Или, например, «ж»-«х»: хоть они и не очень похожи, но тем не менее есть какие-то общие элементы, и если у ребенка есть склонность к дислексии или дисграфии, то он, как правило, буковки путает. Могу еще продемонстрировать одно пособие, которое мне очень нравится, это складовые картинки Зайцева. Здесь, посмотрите, чем отличается такое изображение животного от стандартного изображения той же самой улиточки или лягушки в цветном варианте. Это напоминает силуэт буквенный, то есть черные, называются они в логопедии силуэтные картинки. У меня очень часто бывает, вот, Вы спросили о диагностике, что я сейчас не принесла похожие, а, например, спрашиваешь ребенка, кто это, например, орел, он еще не умеет читать, он говорит: «Птица». Или показываешь, например, овцу, барана и корову, он все это называет одним каким-то понятием, какое ему более знакомо, может про все сказать «корова». Если это, например, кошка и два маленьких котенка, я показываю на котенка, он говорит «кошка». То есть нет различения именно таких тонких дифференциаций. Он видит что-то похожее, но не дифференцирует похожие понятия между собой. Можно предположить, что и буковки тоже будет путать.

Ирина Медведева: Инна Константиновна, но это  же может быть при задержке умственного развития. Как отдифференцировать одно от другого? Просто задержка умственного развития.

Инна Богородицкая: Насколько они грубые эти…

Ирина Медведева: Речевые отклонения.

Инна Богородицкая: Если все-таки это задержка умственного развития, там будут более грубые ошибки. Здесь по самой структуре этих ошибок, по проявлению тог, что ребенок путает, с чем и как, можно уже судить о том, насколько эта задержка действительно серьезна, либо это может быть результат каких-нибудь ошибок родителей, педагогических ошибок.

Ирина Медведева: А Вы считаете, что может быть задержка или нарушение речевого развития и при этом прекрасное интеллектуальное развитие? Так может быть?

Инна Богородицкая: На самом деле, такое бывает все-таки редко, потому что первичный интеллект врожденный, а вторичный формируется под влиянием собственной речи, хотя исключения, конечно, возможны. Но, как правило, ребенок с прекрасно развитой речью, конечно вряд ли буде интеллектуально недостаточным, это исключено, мне кажется, потому что само по себе умение выбрать слово, использовать его в нужном контексте.

Ирина Медведева: Наоборот, если у ребенка речевые нарушения, может ли быть интеллект нормальным? Я понимаю, что когда у ребенка развитая речь, со сложноподчиненными предложениями, то трудно заподозрить задержку умственного развития. А когда у ребенка именно задержка  речи, бывает ли это при нормальном интеллектуальном развитии?

Инна Богородицкая: Нарушения какие-то все равно, как правило, бывают. Может быть задержка психоречевого развития, она же тоже бывает разной степени.

Ирина Медведева: Потом это замкнутый круг. Получается, что если ребенок плохо говорит, то соответственно тормозится интеллект.

Инна Богородицкая: Конечно.

Ирина Медведева: Потому что, конечно же, интеллект, Вы правы, развивается в процессе говорения.

Инна Богородицкая: Вы знаете, вот эта эпоха, когда стали смещаться  очень многие такие стойкие ориентиры, которых всегда придерживались специалисты. Помните, был такой анекдот, я его очень не люблю, мне кажется, он сослужил очень плохую службу. История о том, как мальчик в какой-то семье, по-моему, английской, не говорил очень долго, а потом вдруг заговорил за столом, сказав, что бифштекс пережаренный.

Ирина Медведева: Бифштекс пережаренный, потому что англичане очень не любят пережаренную еду, в первый раз он в пять лет произнес слова «бифштекс пережаренный». А когда его спросили, почему же он раньше не говорил, он сказал, что раньше все было в порядке.

Инна Богородицкая: Это всего лишь анекдот. В жизни так не бывает. Конечно же, есть какие-то критерии, которые позволяют определить, что если ребенок до  двух лет не овладел фразовой речью, хотя бы простой фразой, тут уж, конечно, понятно, что это может быть не сложноподчиненное предложение, если в три-четыре года, бывает,что ребенок в три года не разговаривает, а родители по этому поводу не переживают.

Ирина Медведева: Абсолютная часть не переживает и рассказывают про родственников…

Инна Богородицкая: И рассказывают вот этот анекдот.

Ирина Медведева: Нет, часто рассказывают про каких-то очень талантливых родственников, вплоть до папы, которые вообще не говорили до пяти.

Инна Богородицкая: А теперь прекрасно себя при этом чувствует: и работает, и востребован. Но, тем не менее, жизнь папы – это жизнь папы. Жизнь ребенка может быть несколько другой, поэтому все-таки, конечно, если ваш ребенок не говорит до трех лет, то есть если его речевое общение со сверстниками затруднено, с вами, конечно же, это повод, чтобы обратиться к специалисту. И потом учтите, что вам уже совсем немножко осталось до школы и этот период, когда ребенок пойдет в школу, чем меньше тот период, который остался до школы, тем соответственно больше надо успеть сделать. Если его говорящимсверстникам нужно только подготовиться, выучить какие-то тексты наизусть, укрепить свою память, улучшить состояние фонематического слуха, то ему еще нужно в принципе овладеть речью.

Ирина Медведева: Я поясню, фонематический слух – это специфический слух, которым воспринимают речь.

Инна Богородицкая: Да, может быть, нам сейчас стоит сказать, что лежит в основе успешного обучения грамоте, какие вещи?

Ирина Медведева: Конечно.

Инна Богородицкая: Я в основном говорю о русском языке, это очень важно, хотя к математике это тоже имеет прямое отношение. Почему я такой противник раннего интеллектуального развития ребенка и вот именно обучения чтению? Потому что я считаю, что ребенок начинает читать и может обучаться чтению только тогда, когда созрели предпосылочные базовые умения для обучения чтению. Это, во-первых, устная речь ребенка, развитая определенным образом, то есть владение фразовой речью, владение речью, грамматическими конструкциями, как я уже говорила, фонетическим строем языка, достаточно богатый лексический словарь ребенка, грамматический строй языка. Далее, это хорошее состояние слоговой структуры слова, то есть ребенок должен произносить слова в более сложной слоговой структуре, не такие, как «мама», а, например, такие как «аквариум».

Ирина Медведева: Даже «Азербайджан».

Инна Богородицкая: И даже «Азербайджан» и «полицейский».

Ирина Медведева: Я вспоминаю, что у нас вообще в стране это долго был тест на руководителя государства. Ни один руководитель государства…

Инна Богородицкая: «Азербайджан»?

Ирина Медведева: Ни один. «Азебайжан» говорили, что угодно, только не «Азербайджан».

Инна Богородицкая: У меня есть свой тест: Инна Константиновна. Если говорит «Инна Константиновна»…

Ирина Медведева: Да, у Вас же не очень простое имя-отчество, так вместе.

Инна Богородицкая: Да. Для детей с проблемами речевого развития я оставляю за ними право называть меня Ика. «И. К.» - инициалы, то есть трудно ребенку – нет проблем. Я сказала, что фонематический слух – это, Вы сказали, тонкий систематизированный слух, позволяющий различать похожие фонемы родного языка. Состояние слоговой структуры, позволяющее произносить слова со стыками согласных, более сложными. Далее, это хорошая линейная память на уровне фразы, то есть ребенок должен запоминать фразу, если речь идет о возрасте шести-семи лет, дошкольном – это плюс-минус один к возрасту ребенка, то есть шесть-восемь слов считается, должен запоминать предложения. Если ни с одного-двух, то хотя бы с трех раз. Но я вообще для  первоклассников предлагаю такую фразу, сейчас она не очень актуальна, у нас сейчас милиция переименована в полицию,  но тем не менее: «Милиционер Валерий регулирует движение в районе железнодорожного вокзала». При всей ее замысловатости все-таки ребенок, идущий в первый класс должен ее  воспроизвести.

Ирина Медведева: Желательно с первого раза.

Инна Богородицкая: Желательно с первого раза, но допускается со второго, даже с третьего эту фразу надо повторить полностью, не по частям, а полностью он должен ее воспроизвести. Или, например: «Экскурсию ведет молодой экскурсовод». Такая фраза.

Ирина Медведева: Она попроще, меньше слов.

Инна Богородицкая: Она попроще, да. Но именно эта фраза насыщена словами более сложной слоговой структуры, и в то же время она достаточно длинная.

Ирина Медведева: Специфические нарушения в чтении, а Инна Константиновна говорила сейчас, что это начинается просто с речевых затруднений, вот когда есть речевые затруднения, можно уже заподозрить, что в дальнейшем это перейдет в дислексию и дисграфию. Так вот я хочу добавить к этому, что очень важно такую предрасположенность отдифференцировать от сходных состояний. Прежде всего, я бы ребенку, у которого какие-то нарушения в речи, проверила слух.

Инна Богородицкая: Физический слух.

Ирина Медведева: Потому что ребенок необязательно глухой, но достаточно небольшой тугоухости для того, чтобы он плохо воспроизводил речь, которую слышит, поэтому такому ребенку необходимо сделать аудиограмму. Ее делают в специальных учреждениях, это очень легко по интернету узнать. Есть, по-моему, клиника речи, где-то на улице Разина она раньше была, наверное, она и сейчас там.

Инна Богородицкая: Есть такая, да.

Ирина Медведева: Потом, конечно же, есть очень тяжелые психические отклонения, такие, как аутизм, когда у ребенка бывает специфическое недоразвитие речи, а и ее полное отсутствие. И, наконец, бывает редкое такое невротическое нарушение как элективный или, по-русски, избирательный мутизм, когда ребенок разговаривает только со своими близкими родственниками, а с другими людьми он кажется немым, он не разговаривает вообще. Так что есть сходные состояния, их надо исключить.

Инна Богородицкая: Да, безусловно. Направление на такого рода обследование, о котором Вы сказали, наверное, может выписать ЛОР-врач из районной поликлиники.

Ирина Медведева: Конечно.

Инна Богородицкая: Если есть какие-то вопросы и бывает такое, что мама говорит: «Вы знаете, он меня иногда не слышит». Но здесь я вот что еще хотела добавить. Наши дети именно в силу того, что долгие годы, как происходит эта бытовая ситуация в доме – на полную громкость работает телевизор, то есть всегда очень шумно. И ребенок привыкает с детства, что речь и звук человеческой речи – не обязательный повод для того, чтобы на него обратить внимание.

Ирина Медведева: Конечно, он тонет в этом телевизионном шумовом фоне.

Инна Богородицкая: Да, как говорили ученые, регулирующие функции речи: иногда ребенок не отвечает на ваши вопросы и не реагирует, потому что он не привык воспринимать речь как повод, чтобы на нее обратить внимание. Это тоже такой фактор, достаточно серьезный.

Ирина Медведева: У нас сегодня не получилось такого конкретного разговора уже  собственно о дислексии и дисграфии. Инна Константиновна рассказала о предпосылках, таких первых тревожных сигналах, которые могут быть уже диагностированы как некое предрасположение к дислексии и дисграфии. Надеюсь, что в наших следующих передачах мы поговорим уже более конкретно именно о дисграфии и дислексии. Спасибо Вам огромное, Инна Константиновна, и надеюсь, что Вы к нам еще придете.

Инна Богородицкая: С удовольствием всегда. Обязательно.

Ирина Медведева: Всего доброго. Ждите продолжения наших передач.

Инна Богородицкая: До свидания.


ПРЕДЫДУЩИЕ БЕСЕДЫ С ЛОГОПЕДОМ

БЕСЕДЫ С ЛОГОПЕДОМ 1 


Поделиться:

Короткая ссылка на новость: http://ivan4.ru/~IQdwb



Чтобы оставить комментарий, вам необходимо