В российских школах наводят порядок

Поделиться:
25.07.2016

пуууск.jpg


Как уже не раз отмечалось, РФ постепенно начинает наводить порядок не только во внешней политике, но и во внутренней. Очень постепенно и полумерами, честно говоря, и, не побоюсь сказать, как-то неуверенно, но — начинает. 

При этом внимание уделяется не только прикладным задачам, но и стратегическим системообразующим, что правильно. В частности, принято решение уделить внимание государственному языку: началась разработка концепции государственной языковой политики. 

Координатором работы заявлено Общество русской словесности, а фактически работу будет проводить Санкт-Петербургский государственный университет, на базе которого уже функционирует НИИ проблем государственного языка.

Зачем это требуется и что необходимо предпринять в рамках разрабатываемой концепции?

Наглядно положение дел обрисовано на сайте Общества русской словесности:

«Если судить по результатам ЕГЭ последних лет, эффект оставляет желать лучшего. В 2014 году экзамен по русскому просто провалили. Министерству образования пришлось даже снижать планку удовлетворительной оценки, чтобы каждый пятый ребенок смог получить аттестат. Оценки 2015 года были немногим лучше. Из-за этого провала пришлось срочно менять концепцию преподавания. Со следующего учебного года в школах будет на сто часов больше литературы и русского языка».

Я давно уже закончил школу и, честно говоря, был шокирован словами Путина на открытии съезда Общества:


В наши школы вернулось сочинение, а русский язык и литература вновь выделены в самостоятельную предметную область…

Путин Владимир Владимирович

То есть какое-то — и, как понимаю, значительное! — время русский язык и литература не преподавались как отдельные предметы, а сочинения были исключены из программы как вид? Я искренне не понимаю, как в таких условиях вообще можно научиться грамотно писать и излагать мысли. Так что не удивительно, что неграмотность уже стала практически нормой. В апреле на симпозиуме «Русская грамматика 4.0» состоялась дискуссия на тему «Нормы и правила речевой деятельности при использовании русского языка в качестве государственного языка РФ», на которой вице-премьер Ольга Голодец обратила внимание на проблему:


Необходимо побудить чиновников писать на доступном русском языке, ввести систему некоторого редактирования и контроля, чтобы государственные документы были понятными.

Голодец Ольга Юрьевна

Я не знаю, связано ли косноязычие документов (зачастую — и законов!) с неграмотностью их принимающих, или же это делается намеренно, с целью запутать делопроизводство и юриспруденцию, но факт примечательный: выявлено, что лишь 5% населения понимает смысловое содержание нормативных актов.

Уже появились предложения написать единый учебник — и это очень правильно. Учёба, особенно в начальной и средней школе, должна иметь строгие стандарты, поскольку именно школьное образование даёт общую образовательную и культурную базу, которая — надеюсь, не надо объяснять, почему — должна быть единой по всей России. Руководитель Центра русского языка и славистики Российской академии образования, проректор СПбГУ Сергей Богданов, выступая на съезде, в качестве положительного примера использовал единый учебник истории (к сожалению, ещё не принят):

«Нечто подобное должно появиться и для русского языка. Сейчас преподаватели русского языка в высшей школе используют более 70 разных учебников».

Возможно, некоторым не понятно, почему по русскому языку и литературе должны быть общие учебники. Сравним предмет с историей. Ещё в 2013-м году Владимир Путин указал, что преподавание истории должно происходить согласно единой концепции и содержать адекватную и конкретную оценку исторических событий — требуется не зазубривание имён и дат для сдачи ЕГЭ, а понимание хода исторических событий:


...некоторые молодые люди не понимают, что подвиг ветеранов — это и предмет их собственной гордости. Они не чувствуют связи с героями прошлых лет.

Путин Владимир Владимирович

Уже не понимают — хотя совсем недавно это было естественным. Показательна в этом плане статья журнала «Отечественные записки» (№4, 2004 г.) педагога Т. Эйдельман, в которой она жалуется на то, что дети, рассказывая о прошлом России, практически всегда используют местоимение «мы»: это мы разбили шведов под Полтавой, мы победили Наполеона, мы разбили немцев под Сталинградом, мы разбили татар на Куликовом поле, мы победили хазарский каганат — и так далее.

«В воображении ребят по просторам России-матушки во все времена и эпохи маршируют эти загадочные "мы". ... И вот что интересно — в учебниках, которые главным образом и формируют такое восприятие, так никогда не пишут. Там все изложено аккуратно: не "мы" воюем, а восточные славяне, или князь Святослав, или московское войско, или армия Петра Первого. Но почему-то мои ученики абсолютно уверены, что все эти сражающиеся люди, многие из которых при ближайшем знакомстве показались бы им не просто странными, но совершенно чужими, на самом деле все равно — мы».

Тамаре Натановне неведомо это «мы», и не только ей; более того — «мы», как и написано, пытаются изжить из учебников, а следовательно, и из образования, из культуры. И это начало получаться, поэтому и нужен патриотический учебник истории с чётким и однозначным «мы» по отношению ко всем коренным этносам России, уважительным отношением ко всем устойчивым периодам истории страны.

Когда Путин говорил об учебнике истории, он особо указал на то, что книга должна быть написана хорошим русским языком. Роль грамотного, литературного русского языка крайне важна в формировании культуры. Более того, особенности языка отражают менталитет народа: так, в английском языке нет полного аналога слова «справедливость». Давайте рассмотрим важные аспекты русского языка для наглядности.

1. Подборка литературы для изучения: общая культурная среда формирует не просто знание «кто о чём написал», но и саму культуру, этику и так далее. Сравните сказки и легенды разных народов, отличие принципиальное. Возражая против единого учебника истории, некий «Комитет гражданских инициатив»приводил как аргумент недопустимость «героического национального мифа» и «неприятия политических, социальных и культурных альтернатив», поскольку это «вменяется в обязанность подданным несвободных режимов». Однако России остро необходима конструктивная национальная идея, устремлённая в будущее, и — да! — героические мифы (в социологическом смысле, не путать с религиозным). Что происходит, когда учебники истории, языка и литературы отдаются на поругание врагам народа — наглядно иллюстрирует Украина.

Ректор Санкт-Петербургского университета Николай Кропачев указывает:

«На сегодняшний день в обществе нет информации о существовании книг, которые являются обязательными при использовании государственного русского языка».

И это — не мелочь. Главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков раскрывает темуподробнее, демонстрируя как минимум «крайне ущербную» позицию Министерства образования:

«…даже был однажды скандал. Я как-то спросил представителя Министерства образования: “А почему вы в список рекомендованной школьникам литературы включили так много писателей-эмигрантов, причем третьей волны? Не первой, когда была революция, катастрофа, вынужденное расставание с Родиной, а именно — третьей, когда люди уехали сами, просто потому, что им здесь не нравилось жить”. И чиновник Минобра говорит мне: “А разве имеет значение, куда писатель уехал и где он живет?”. Я просто возмутился: “А как же?! Вы кого хотите воспитать? Человека, который получил здесь образование, а затем взял чемодан и уехал?”»

Конечно, в советское время преподавание литературы оставляло желать лучшего — но сама подборка была адекватной, хотя баланс был слишком смещён в сторону классики, и не всегда лучшей. Но, по крайней мере, тогда не включали в программу враньё Солженицина, а сейчас в некоторых школах такое было, да и много чего ещё. Причём такие инновации практически всегда имеют как минимум «душок» антисоветчины.

Таким образом, требуется составление новой программы по литературе, с упором на исконно русские ценности, известные ещё с языческих времён, но без кондового упора на классику, преподавание которой в школе обычно напрочь убивает интерес. Скажем, Гоголя у уважаю, но могу читать лишь то, что не проходили в школе: «Мёртвые души» я прочёл два раза до уроков на тему, гениальная книга, но больше никогда читать её не буду, ибо сразу всплывает какой-нибудь «образ того-то в представлении тех-то».

2. Словари. Казалось бы, элементарно: словари должны отражать современное состояние языка и т.д. Однако в 2009 году Министерство образования и науки РФ утвердило сразу четыре «официальных словаря», при этом — ни одного толкового. Кафка завидует.

Я не считаю, что получится издать «самый правильный словарь», но лучше уж один ошибочный вариант, с которым можно аргументированно спорить, чем плюрализм в мозгах на тему понимания столь важных концепций.

3. Сохранение языка — также крайне важная задача. Да, язык изменяется со временем, но важно отличать развитие от деградации. Скажем, кофе всегда был мужского рода, по крайней мере — в XXвеке. Но читаем Розенталя «Занимательно о русском языке» (1990): «Так какого же рода слово кофе? -- спросит нас нетерпеливый читатель. Ответим: мужского, но кто говорит чёрное кофе, молотое кофе, то не делает ошибки». То же видим у Еськовой Н.А. («Краткий словарь трудностей русского языка» 2005): «кофе, нескл., м. и допуст. с.», у Граудиной Л.К. («Словарь грамматических вариантов русского языка», 2008): «кофе, м. и ср. (разг.)» и т.д. Разговорный, просторечно-неграмотный вариант уже сделали нормой! Сразу вспоминается анекдот про «клявать нечего, вот улятели», но как-то, увы, не весело… В официально принятых словарях есть и не такое: с 2009-го года можно говорить «по средАм», «йогУрт»… Нельзя узаконивать безграмотность!

При этом простая замена «отныне говорим: дОценты с пОртфелями!» и то методологически была бы лучше, чем широкий выбор альтернатив («творога» вполне достаточно). Когда размывается само понятие нормы, грамотность падает стремительным домкратом. Грамотный человек может в качестве шутки применить «олбанский языг» или уже подзабытый «кащенитский», но когда грамотности ещё нет, вариативное написание напрямую способствует тому, что её и не будет.

4. Методика обучения чтению и письму. Вот фрагмент из учебника русского языка Т.Г. Рамзаева для 2-го класса:


Повторюсь: для 2-го класса! Сравните с классическим «”жи”, “ши” пиши через “и”».

Подобными методами прививается отвращение к учёбе, которая сводится не к понимаю, а к зубрёжке. Вот ещё пример инноваций в самом начальном обучении грамоте:

«…программа по русскому языку в системе Д.Б. Эльконина - В.В. Давыдова, которая предполагает также формирование у младших школьников понятия о фонеме как ряде позиционно чередующихся звуков, о сильной и слабой позиции фонемы, умения определять фонемный состав слова…».

Обучение русскому языку через фонемы!!! По сложности это материал для класса 7-8-го минимум, а для грамотного правописания предварительное знание фонем не просто не требуется, оно вредно! 

В статье указывается, что если ребёнок усвоил грамоту старорежимным зрительно-логическим способом, то это ведёт к появлению орфоэпических ошибок произношения вида «ску[чн]ый, се[г]одня и т.п.». 

Я — ретроград и утверждаю, что это — гораздо, гораздо лучше, чем написание «карова», «заетс» или там «йожих». Т.н. «врождённая грамотность» — это результат чтения, когда постоянно видится правильное написание, которое постепенно запоминается автоматически, и для этого с самого начала надо понимать отличие написания от произношения. И много читать, а не заниматься фонетическим разбором!

Утверждение методик преподавания, соответствующих научному подходу, адекватной педагогике и т.д. — также важная подтема государственной языковой политики.

Владимир Путин очень верно обозначил важность вопроса:


…речь идет о сохранении, ни больше ни меньше, национальной идентичности, о том, чтобы быть и оставаться народом со своим характером, со своими традициями, со своей самобытностью, не утратить историческую преемственность и связь поколений.

Путин Владимир Владимирович

Не менее важна, нельзя не согласиться с Президентом, роль русского языка «в такой многоликой, многонациональной, красивой стране, как Россия» — именно он является языком общения для всего населения, средством объединения в единую культурную общность. 

Недаром «сучастна украинска мова» изобретается «на коленке» по принципу «лишь бы не похоже на русское слово», а сторонники расчленения России пытаются изобрести и продвинуть какой-нибудь «сибирский говор» для «обоснования» отличия «от москалей».

В России должна быть общая, единая культура, соответствующая державной нации, и одна из её основ — великий и могучий русский язык, поддержка которого — дело государственной важности в прямом смысле слова. 


Андрей Борцов


Источник


Поделиться:

Короткая ссылка на новость: http://ivan4.ru/~Awuer



Чтобы оставить комментарий, вам необходимо



Поддержать региональную общественную организацию «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ ТРАДИЦИОННЫХ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ «ИВАН ЧАЙ»:

Сумма: 

Выберите удобный способ пожертвования: