В. Катасонов. Китай обречен на катастрофу

Поделиться:
17.01.2016
2016-01-17 16-42-46 Скриншот экрана.png

Модель капитализма обслуживает интересы больного человека - часть 1.

За 25 лет наш народ уже разобрался в том, что такое либерализм вообще, и экономический либерализм в частности. То есть, с моей точки зрения, экономический либерализм уже переживает такой же кризис, как в свое время переживала идея коммунистического равенства. Ну надо сказать, что и 25 лет назад далеко не все бросали чепчики в воздух и приветствовали тот новый экономический порядок, который формировался в России. 

Надо сказать, что все-таки Россию ломали об коленку. Поэтому любая позиция подавлялась. Надо сказать, что конечно, наш советский, русский человек немножко был наивен, немножко жил иллюзиями. 

Понятно, что не у всех было хорошее представление о том, как устроен мир в целом. Поэтому некоторые просто занимали нейтральную позицию. И эта нейтральная позиция давала возможность тем, кто организовал развал Советского Союза, именно организовать тот экономический, социальный и нравственный порядок, который вот уже существует на протяжении четверти века.

Но надо сказать, что за эти четверть века люди даже не очень образованные, не с очень хорошим кругозором, они прекрасно поняли, что это за строй. 

И я думаю, что на сегодняшний день оппозиция этому строю достаточно мощная. Вопрос в другом, значит, куда дальше двигаться. Нет пока у власти никакой позитивной программы, но и быть не может. 

Потому что наша власть, она в общем-то обслуживает интересы именно тех, кто ломал Советский Союз четверть века назад. 

И безусловно, что тем, кто ломал Советский Союз четверть века назад, сильная Россия не нужна была ни тогда, ни сейчас. 

Вот этому мировому закулисью нужна Россия слабая, объект колониальной эксплуатации. Но я не хотел бы призывать и к восстановлению того порядка, который существовал в 80-е годы. 

Ну некоторые ностальгируют по поводу того порядка. Но в общем-то, я должен сказать, что это был коммунизм поздний, загнивающий, ну в общем это уже был коммунизм, который готов был трансформироваться добровольно в капитализм. Тут вот эти, казалось бы, полярные противоположности, они сходились. Потому что и те и другие в качестве высшей цели ставили именно материальное благополучие.

Мои наблюдения и мой жизненный опыт говорит, что то общество, которое в качестве высших целей определяет экономические, оно обречено на серьезные провалы, и на серьезные испытания. 

Потому что общество должно иметь какие-то высшие надэкономические цели. 

Я по-моему и даже в этой студии говорил, что когда в 61-м году на 22-м съезде принимали третью программу Партии, и было объявлено о том, что в 80-м году люди будут жить при коммунизме. Был провозглашен этот лозунг. Лозунг: От каждого по способностям, каждому по потребностям. 

И вот с этого момента, собственно говоря, и началось разложение нашего общества. Потому что люди стали с нетерпением ждать этого «светлого» будущего, а некоторые, даже не дожидаясь, стали стали строить у себя в своем микросоциуме вот это самое коммунистическое будущее. 

Был один такой немецкий коммунист. Я сейчас боюсь соврать имя его. Но я помню, мы в институте его изучали в разделе «Критика ревизионистских теорий». Именно за то, что он посягнул на то, чтобы сказать, что решения 22-го съезда фактически поставили крест на том справедливом обществе, которое создавалось в Советском Союзе.

Поэтому мне хотелось бы сказать, что многие определяют вот Советский Союз как рекономику, как общественно экономическую формацию социализма. Но в рамках этих 70-ти лет были разные модели. 

И более приемлемой, более человечной и более реалистичной является та модель, которую мы называем «моделью сталинской экономики». Это примерно период с конца 20-х годов и максимум до середины 50-х годов.

Вот эта модель потребительского капитализма, она же и модель долгового капитализма. Потому что растущие потребности, они специально культивируются для того, чтобы обслуживать интересы ростовщиков, которые готовы предоставить кредиты под проценты для того, чтобы люди могли удовлетворять свои вот эти бесконечные потребности. 

Кстати говоря, ведь основной экономический закон социализма, в советское время мы учили такой закон, значит удовлетворение постоянно растущих потребностей. 

А вообще-то говоря, для русского человека, в русской цивилизации было другое понятие — достаток. Не богатство, не растущие потребности, а именно достаток. Разумные потребности, разумные самоограничения, для людей наиболее духовных даже аскетизм. 

Ну вот, к сожалению, мы как-то размываем и утрачиваем свои какие-то духовно-нравственные традиции. И вот гонимся за этими миражами капиталистического общества, капиталистической модели. А эта модель, она, собственно говоря, обслуживает интересы человека больного, больного прежде всего в нравственно-духовном смысле. 

Потому что эти потребности бесконечны. И эти бесконечные потребности фактически ведут к тому, что разрушается и среда обитания человека, истощаются природные ресурсы. А главное, разрушается сам человек.

Мы не должны ни на минуту забывать, что высшей целью экономики является именно человек. Сегодня, к сожалению, об этом никто не вспоминает, потому что таргетируют инфляцию, таргетируют валютный курс. А о том, что все-таки экономика должна развивать человека, об этом как-то вообще даже неприлично сегодня говорить.




КИТАЙ ОБРЕЧЁН НА КАТАСТРОФУ - 2 ЧАСТЬ


Китайский путь - это путь в никуда. 

Китай, собственно говоря, пытался несколько десятилетий сидеть на двух стульях. Вот этот разрыв между идеологией и экономическими реалиями, он сегодня достиг такой степени, что Китай практически обречен на катастрофу. 

Собственно, коммунистическая партия, коммунистическая идеология является лишь фиговым листочком, прикрывающим развитие Китая по пути зависимого капитализма. Это именно зависимый полуколониальный капитализм. 

И просто за счет того, что сегодня достаточно высокий уровень потребления, а главное, что он растет, создается некая иллюзия того, что это вот некая альтернатива тому классическому капитализму, который существовал в Европе уже как минимум 200, а то и 300 лет.

Но эта иллюзия скоро исчезнет. 

Потому что Китай был затянут в мировое капиталистическое хозяйство в качестве, будем так говорить, мастерской. Ну когда-то Англия была мировой мастерской. 

На сегодняшний день Китай является такой мировой мастерской, которая обслуживает большую часть человечества, и прежде всего Соединенные Штаты. Но на сегодняшний день глобализация заканчивается. Она практически закончилась. И соответственно, заканчивается, будем так говорить, развитие той модели, которая складывалась на протяжении нескольких столетий. А именно капиталистическая модель. 

Потому что капиталистическая модель, об этом многие говорили и в 19-м веке, и в 20-м веке, она упирается в рынки. То есть проблема реализации. Отстающий спрос, отстающий платежеспособный спрос. 

Собственно, вот эта диспропорция между предложением товаров и услуг и ограниченным платежеспособным спросом, это следствие вот этой ростовщической модели. Потому что в этой ростовщической модели денежные обязательства всегда превышают денежную массу на величину начисленных процентов.

И отсюда, собственно говоря, и возникает этот принцип велосипеда. То есть экономика должна постоянно расти. Отсюда соответственно вот эти ложные идеологемы. Откройте любой учебник, так ключевое слово «экономический рост», понимаете. 

Ростовщичество, экономический рост имеют не только единую этимологию, но и имеют единую логику. Потому что и там и там происходит рост раковых клеток. И вот эти раковые клетки образуют метастазы и разрушают общество, разрушают все человечество. 

Я так совсем пунктиром говорю. Китай тоже стал подвергаться воздействию вот этих раковых клеток. Там все это происходит очень быстро. На сегодняшний день Китай уже не в состоянии обеспечить дальнейший рост экспорта. Глобализация закончилась.

Соответственно, у Китая была единственная альтернатива - это развивать свой внутренний рынок. 

Но внутренний рынок Китай не может развивать даже в силу того, что для это нужны действительно колоссальные человеческие усилия. Потому что внутренний рынок — это значит создание целостного единого народно-хозяйственного комплекса. 

Единственный, я бы сказал, такой пример создания единого народно-хозяйственного комплекса, это Советский Союз. В результате индустриализация, в результате тяжелейших пятилеток. Сегодняшний китаец на такие жертвы, на такую мобилизацию уже не готов. 

И даже вот последние события, связанные с тем, что юань попал в корзину резервных валют, поставили перед Китаем дилемму. Значит, а что дальше-то делать с этой игрушкой под названием «резервная валюта юань». Либо идти по американской модели, по американскому пути. Либо идти по японскому пути.

Американский путь — это значит вывод юаня на орбиту действительно не резервной, а уже мировой валюты. Вывод национальной денежной единицы на орбиту мировой валюты предполагает очень серьезную мобилизацию. Причем мобилизацию не столько даже какую-то там физическую или даже какую-то интеллектуальную мобилизацию. 

Предполагает, будем так говорить, жертвование некими нравственными принципами, базовыми принципами. 

То есть на примере Соединенных Штатов мы видим, что это означает. Соединенные Штаты в конце 19-го века стали первой промышленной державой в мире. Их доллар был провинциальной валютой, настолько провинциальной, что, собственно говоря, никто даже и не пользовался этой денежной единицей в Европе. 

Ну причин было несколько, в том числе и одна из причин, что у Соединенных Штатов не было своего центрального банка. Поэтому этот доллар эмитировался многими американскими банками. Поэтому для того, чтобы вывести американский доллар на мировую валютную орбиту, требовался центральный банк. А он был создан немного более 100 лет назад, в конце декабря 13-го года. Ровно 102 года назад.

У Китая есть свой центральный банк, называется Народный Банк Китая. Но это было необходимое, но не достаточное условие. Вот сразу же как только был создан центральный банк под названием ФРС, началась Первая Мировая Война. 

Некоторые думают, что это случайно, или даже вообще не обращают внимание на вот эти хронологические совпадения. А это ведь внутренняя логика, некий внутренних закулисный план хозяев денег. 

И вот Первая Мировая Война, безусловно, подняла американский доллар на очень большую высоту. Но тем не менее, даже после Первой Мировой Войны не сумел американский доллар стать единственной мировой валютной. Был некий паритет между британским фунтом и американским долларом. 

И хозяевам денег потребовалась еще и Вторая Мировая Война. И вот уже в 44-м году на Бреттон-Вудской конференции наконец де-юре был легализован вот этот статус американского доллара как мировой валюты. Вот, собственно говоря, китайцы должны понимать, что им надо проделать для того, чтобы юань стал мировой валютной.

Второй вариант — это японский вариант. Я учился в то время, когда все обсуждали так называемое «японское экономическое чудо». Сегодня мы прекрасно понимаем, что за этим так называемым экономическим чудом скрывались определенные геополитические планы хозяев денег. 

Япония нужна была как некий, будем так говорить, противовес Советскому Союзу на Дальнем Востоке. И некоторые стали говорить: вот реальный конкурент американского доллара. Но все закончилось достаточно банально. Соглашение «Плаза» - это 85-й год. 

Это встреча центральный банков нескольких ведущий стран. И Дядя Сэм потребовал от Японии в приказном порядке повысить курс йены. После этого «японское экономическое чудо» окончательно накрылось медным тазом. После этого йена уже стала терять свои позиции. 

И собственно говоря, йена остается на сегодняшний день лишь формально в корзине резервных валют. Но вот новоиспеченный резервный юань даже имеет больший вес в этой корзине, чем британский фунт и японская йена. Вот, собственно, у китайцев два таких варианта.

Есть, конечно, третий вариант. Но третий вариант там обсуждают в очень узком кругу. Это возвращение к, будем так говорить, советской модели. Это модель, которая предполагает государственную валютную монополию. Юань должен вернуться в лоно национальной экономики. Быть национальной денежной единицей и не использоваться в качестве денег для международных расчетов. А уж тем более в качестве мировой валюты. 

Потому что использование национальной денежной единицы в качестве мировой валюты неизбежно приводит к тому, что страна, которая печатает эти национальные денежные единицы, она должна пожертвовать своей экономикой, своей реальной экономикой. Потому что эти денежные единицы могут попасть в международное обращение только в том случае, если платежный баланс этой страны отрицательный. 

Собственно, это проходила Англия в середине 19-го века. Это проходила Америка. Кстати, была очень серьезная оппозиция ратификации соглашений русской конференции в американском Конгрессе. Многие люди прекрасно понимали, что на этом кончается индустриальная Америка. И она действительно окончательно кончилась при Джоне Кеннеди. 

Джон Кеннеди последний, кто пытался хоть как-то купировать последствия вот решения Бреттон-Вудской конференции.

Хотел бы уточнить. Критика в адрес японского варианта пути для Китая на примере краха «японского экономического чуда». Но тем не менее, результатом этого самого периода развития Японии стал очень высокий уровень жизни, который был достигнут, и индустриализация, которую они провели. При том, что после этого темпы развития фактически были нулевыми, и соответственно, все, что было с этим связано, японцы от этого социально, похоже, не сильно страдали, нет.

Я напомню, что все-таки высшей целью экономики является человек. Именно человек, который являет собой образ и подобие Божье. Первое свойство Бога — творец. На сегодняшний день японцы перестали быть творцами. Это просто некое существо, ну будем так говорить, человек, но с некими усеченными свойствами, качествами, функциями. И, конечно, я бы не хотел, чтобы Россия шла по японскому пути.

Вы вспомните, как умирал Рим. Собственно, Рим умирал от пресыщения. Аристократия, она уже где-то к 25-30 годам настолько пресыщалась всех роскошью жизни, что просто уже дальнейшая жизнь становилась бессмысленной. 

Вот у того же Теодора Моммзена «История Древнего Рима» описана сцена, когда эти аристократы в 25 лет погружались в ванну с вином и вскрывали себе вены. Вот так они уходили из жизни. А что касается плепса, то плепс привык жить зрелищем и хлебом. Но поскольку, значит экстенсивное развитие Римской Империи закончилось, то через некоторое время кончились средства для зрелищ. 

А еще некоторое время прошло - и для хлеба. И они просто вымерли, тихо вымерли. Понимаете, вот в этом смысле мне Японцы напоминают именно этих самых римлян, которые тихо уходили из жизни. Одни в ванных с вином, а другие просто от голода.


Поделиться:

Короткая ссылка на новость: http://ivan4.ru/~IChjd



Чтобы оставить комментарий, вам необходимо



Поддержать региональную общественную организацию «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ ТРАДИЦИОННЫХ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ «ИВАН ЧАЙ»:

Сумма: 

Выберите удобный способ пожертвования: