Ювенальный пылесос – угроза для национальной безопасности. Интервью с Татьяной Шишовой

Поделиться:
16.12.2014

Шишова - 2_.jpg

Член Общественного совета по защите семьи и традиционных ценностей при Уполномоченном по правам ребенка РФ Татьяна Львовна Шишова

Дети становятся товаром на международном рынке, опасность изъятия по надуманным причинам уже грозит и семьям в России, где пытаются выстроить ювенальную систему. Какие опасности существуют и есть ли еще шанс спасти детей и их родителей от произвола? На эти и другие вопросы в интервью ИА REGNUM ответила детский педагог, психолог, общественный деятель, эксперт и член Общественного совета по защите семьи и традиционных ценностей при Уполномоченном по правам ребенка РФ Татьяна Шишова.

ИА REGNUM: Татьяна Львовна, скажите, что это за проект «Россия без сирот»? И чем, по вашему мнению, это может нам грозить?

Татьяна Шишова: История закрытия детских домов по всему миру — это такая идея, которая в значительной степени продвигается через различные альянсы «что-то без сирот», например, «Украина без сирот», «Россия без сирот» и т.д. Инициатором данного проекта является созданный в США «Христианский альянс за сирот» — Christian Alliance for Orphans (CAFO), который под лозунгом «найти каждому сироте христианскую семью», и тем самым опустошить детские дома, объявил крестовый поход по всему миру против сиротства.

Очевидно, что данная организация имеет мало отношения к православию. В Альянс CAFO входят представители различных неопротестантских течений, включая пятидесятников и харизматов. На Западе движение неоднократно подвергалось критике в СМИ и даже на уровне структур ООН за то, что оно «способствует превращению проблемы сиротства в источник прозелитизма».

Также стоит напомнить о том, что после принятия в России закона «имени Димы Яковлева», который запретил усыновление наших сирот в Америку, в американский сенат поступил законопроект «CHILDREN IN FAMILIES FIRST» (Дети в семьях — самое главное сокращенно CHIFF). Данный законопроект декларирует, что международное усыновление и контроль над защитой детства в других странах должны стать приоритетным направлением внешней политики США. В рамках этого законопроекта, при конгрессе США предполагалось создать структуру, которая будет оказывать давление на суверенные государства с целью снятия ограничений на международное усыновление, и одновременно с этим, побуждать их к закрытию детских домов на своей территории. То есть закрывать детдома, снимать ограничения на международное усыновление и перемещать детей во временные семейные приюты, так называемые фостерные и патронатные семьи, где они будут ждать усыновления, в том числе и в США.

На наш взгляд, сам факт того, что данный законопроект появился и был поддержан определенными кругами в США, говорит о том, что получение доступа к несовершеннолетним гражданам других стран является очень важной стратегической целью американской политики.

Поэтому очень важно внимательно присмотреться к этой кампании по ускоренному закрытию детских домов, которая, как мы помним, развернулась фактически сразу после принятия «закона Димы Яковлева», когда Владимир Путин ввел мораторий на усыновление в США.

ИА REGNUM: Кто продвигает подобные инициативы в нашей стране?

Т.Ш.: На встрече с уполномоченным по делам детей Павлом Астаховым выступали представители детских домов, которые давно существуют, успешно действуют, и, в принципе, детям там хорошо, дети не хотят из этих детдомов никуда уходить. Но, тем не менее, эти детские дома сейчас подвергаются фактически принудительному такому расформированию: детей из государственных учреждений передают в фостерные и патронатные семьи. Сейчас этот процесс очень хорошо пошел по регионам страны и к нему очень активно подключились различные секты, в том числе секты харизматического толка. Так, по признанию руководителя российского альянса «Россия без сирот» неопротестанта Ивана Иклюшина, он сам говорил об этом, в Санкт-Петербурге до 80% усыновителей — не родственники. Это их люди — сектанты протестантского толка — в том числе и харизматы.

Уместно будет напомнить, что в 2012 году и летом 2013 года, когда как раз и разворачивалась кампания по быстрому усыновлению детей, в России был организован велопробег «Россия и мир без сирот». Это мероприятие было организованно неопротестантским пастором, епископом пятидесятнической Церкви Божией Украины Геннадием Мохненко, при участии и поддержке активистов альянсов «Украина без сирот», и «Россия без сирот», а также представителей ассоциации неопятидесятников «Эммануил», возглавляемой Стивом Вебером. Декларируемая цель велопробега — стимулирование перемещения детей из государственных учреждений в частные семьи и частные семейные приюты. Сам Мохненко говорил, что мечтает о закрытии всех детдомов на территории СНГ и уповал на помощь в этом деле неопротестантских религиозных организаций.

Впоследствии во время фашистского переворота на Украине, пастор Мохненко начал с высказываний в защиту боевиков «Правого сектора», был со своими воспитанниками замечен за рытьем окопов для украинской армии, а также публичными угрозами в адрес президента Российской Федерации. По нашему мнению, участие этого многодетного отца на стороне украинских карателей, может отрицать только слепой. К сожалению, это не единственный пример использования взрослыми детей в своих политических, как в данном примере, и не только политических целях. Также на экранах телевизоров мы все видели, что в оранжевом перевороте на Украине были активно задействованы подростки, даже появился, как сейчас говорят, мем «Они же дети». Что подтверждает наши опасения по поводу того, кем, как, и в каких целях будут использоваться наши дети.

Стоит отметить, что руководство альянса «Россия без сирот», отмежевалось от своих украинских коллег, если точнее, приостановило — а не прекратило — сотрудничество «ввиду сложившихся обстоятельств». Позиция вполне понятная, если помнить, что центры руководства этими НКО находятся за пределами России.

Я хочу напомнить, что в конвенции о правах ребенка сказано, что «ребенок имеет право на сохранение культурной и религиозной идентичности». Организации неопротестантского толка, активно участвующие в усыновлении, никак не получается назвать традиционными для России. Отсюда возникает закономерное опасение, что ни о каком сохранении религиозной идентичности не может идти речи, если ребенок, скажем, попал в семью представителей секты неопятидесятников.

ИА REGNUM: Как вы оцениваете законопроект председателя думского комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ольги Баталиной о профессиональных приемных семьях?

Т.Ш.: Сейчас нас усиленно уверяют в том, что ювенальной юстиции в России нет, что это плохое явление, и мы слышим это с самых разных уровней власти, в том числе и от депутатов. Тем не менее, эта ювенальная система продолжает строиться, я бы даже сказала достраиваться. Поэтому в этой системе как раз и должны существовать частные семейные приюты, частные детдома и вот такие приемные родители, которые получают гораздо более крупные деньги, чем родные родители. При всех уверениях в том, что государство стоит на стороне родных родителей, эта система реально работает против них. Потому что вопреки традиционной для России форме усыновления, когда ребенок берется в семью и воспитывается как родной, начинают всячески поддерживать и стимулировать чужих людей, которые берут ребенка под опеку, патронат, и работают уже за деньги. Нужно иметь в виду, что в законе Баталиной они называются не родителями, а воспитателями, но суть дела от этого не меняется.

На Западе существует такая система, которую усиленно нам сейчас навязывают, когда ребенок, изъятый из семьи, может попасть вот к такому профессиональному воспитателю, который получает за это деньги, выполняя некий круг обязанностей по уходу за ребенком. Эти воспитатели не имеют прав на детей, в любой момент этих детей могут по тем или иным причинам у них забрать, расторгнув договор. Они работают по договору трудового найма, это обычная работа. Естественно, дети не воспринимаются и не должны восприниматься, как свои, пусть и усыновленные. На Западе, как нам известно, воспитателям запрещено привязываться к детям. Потому что в любой момент они могут быть отторгнуты и переданы, предположим, на усыновление или каким-то другим воспитателям и так далее. Поэтому я отношусь к этому законопроекту как к одному из кирпичиков строящегося ювенального здания.

ИА REGNUM: Что будет, когда проект «Россия без сирот» будет полностью реализован, и государственные детские дома будут закрыты за ненадобностью? Но ведь финансирование не прекратится, и видимо доступ к деньгам государств, большим деньгам, получат различные НКО, оказывающие услуги на этом рынке. Что, по Вашему мнению, будет происходить?

Т.Ш.: Вопрос отдельный и очень важный, который мало сейчас поднимается, потому что на самом деле, это ведь коренная перестройка всей системы социальной защиты в стране. Когда только начали внедрять систему ювенальной юстиции, ее апологеты произносили заветные слова о том, что это коренное преобразование, коренная перестройка, они постоянно это говорили тогда. И вот сейчас, еще не полностью, но становится уже яснее, в частности, что имелось в виду уничтожение приоритета кровной семьи. На Западе уже нет понятия «родительские права», там есть право опеки и право доступа. Право опеки это то, что ты родил ребенка. А право доступа — это когда ребенка изымают, то родителю разрешают 2-3 раза в год видеться с ребенком в присутствии надзирателей. Если же вы отказываетесь сотрудничать с ювенальными службами, не так себя ведете, слишком громко плачете, выражая свое горе (маме, у которой отняли ребенка плакать нельзя, так как это может травмировать ребенка), то свидание могут и не разрешить.

Деньги и НКО, теперь уже возникает не менее интересный вопрос и про деньги. Мы сейчас вообще мало понимаем, что это такое. У нас была государственная система защиты прав детей, государственные детдома, опека государственная же. Система, в которой было понятно, кто и кому подчиняется, кто и какую ответственность несет и откуда деньги. Примерно в 2010 году, когда борьба с ювенальной юстицией начала приобретать массовых характер, опытные юристы заговорили о большой опасности того, что НКО в рамках этой системы по защите детей могут получить доступ в семьи. И ответственность государства и НКО совершенно разная, фактически НКО как раз никакой ответственности за нарушения нести не будет.

Так вот, возвращаясь к деньгам. Закон о Соцпатронате, который не прошел, но который фактически был включен в №442-ФЗ «О социальном обслуживании». Чтобы понять, что нас ждет в связи с этим, не лишне будет обратиться к опыту стран, обогнавших нас на этом пути, например, Норвегии. Там тоже когда-то система соцзащиты была государственной. Но в последние годы туда начали внедряться различные частные организации, кстати, то же происходит и в Финляндии, и сейчас из этого получился многомиллиардный бизнес на детях.

Что особенно интересно, сначала это были частные норвежские организации. Через несколько лет главными действующими лицами в этой истории стали ТНК, такие, как «Bank of America», или «Инвестор АБ» инвестфонд шведской семьи Валленбергов, например. Эти и подобные им «НКО» оказывают населению следующие услуги: услуги контроля над семьей, выявления неблагополучия, услуги социального патроната семьи, услуги психологической помощи, услуги социально-реабилитационных служб, услуги службы медиации, услуги отобрания ребенка по причине возможного риска насилия, услуга размещения ребенка в частном детдоме, услуга подбора замещающей семьи и устройство в нее ребенка. В принципе, государство уходит из этой сферы в тех странах, где это внедряется, и место государства замещается ТНК. Таким образом, государство теряет суверенитет в сфере демографической и социальной политики, а дети, по сути, становятся товаром на международном рынке.

ИА REGNUM: Раз нам не объясняют, что ждет российское общество на этом пути, то мы, как вы правильно заметили, основываясь на примере государств, чуть дальше ушедших от нас в этом направлении, можем делать свои предположения о том, что нас ждет. Из описанной вами ситуации в Норвегии или в Финляндии, очевидным образом вытекает, что только нуждающиеся в помощи государства граждане не могут представлять интереса для ТНК. Денег много не бывает, государство не сможет удовлетворить быстро растущие аппетиты ТНК и прочих интересантов, а значит, не получится ли так, что за все вышеперечисленные «услуги», будет расплачиваться «средний класс»? Можно такое предположить?

Т.Ш.: Это даже не предположение. Во многих странах действуют именно такие законы. Те люди, у которых отняли ребенка, должны выплачивать немаленькие суммы, компенсируя затраты на содержание и воспитание ребенка в частном детском доме или приемной семье. Частично платит государство, а частично — родители, лишенные родительских прав. Если они этого сделать не могут, то там могут быть и принудительные работы, фактически такие принудительные трудовые повинности. Либо описание имущества: могут, например, отобрать квартиру в счет погашения задолженностей. Так что вполне естественно, что в рамках такой системы выгодно наращивать количество детей, которые попадают под прицел социальных служб. Так, норвежская служба опеки «Барневарн» приводит статистику оказания услуг по защите прав детей. 2008 год — 44167 детей, 2009 год — уже 46387, 2012 год — 53198 детей…

Не стоит забывать и том, что международное усыновление у нас полностью не запрещено, а кроме того, на нашу страну оказывают постоянное давление с тем, чтобы Россия сняла и эти ограничения по усыновлению. Тогда окажется, что в России кроме наживы на семьях, которые будут находиться в постоянном страхе, что к ним придут оказывать социальные услуги, социальный патронат, а они недостаточно правильно будут сотрудничать, заработает такой ювенальный пылесос, который будет распределять наших детей по миру.

ИА REGNUM: Если заработает в полную силу закон о «Социальном обслуживании», к нему добавятся другие законы из ювенального пакета, и это все начнет втягивать наших сограждан в ювенальную воронку. Какие социальные последствия от подобных инициатив видите вы?

Т.Ш.: Я думаю, последствия могут быть самые разные. Одно из таких очевидных последствий, это, конечно, рост недовольства среди населения. И мы понимаем, что сейчас со стороны Запада предпринимается много различных усилий для того, чтобы этот рост недовольства населения властью вызвать. И, несмотря на то, что президент высказался о том, что ювенальная юстиция это нехорошо, а также обещал, что закон о Соцпатронате принят не будет, получается, что это все мимикрирует, и все равно за его спиной пытаются это провести. Потом в нужный момент можно будет сказать: «Вот, смотрите, президент вас обманул, или он настолько не компетентен. А может, и то и другое»…

Я думаю, что во многом расчет делается на то, что люди поднимутся, когда к ним придут отбирать детей. Это, во-первых, а во-вторых, еще раз повторяю, что вопросы массовых беспорядков не сняты с повестки дня. А в беспорядках кто-то должен участвовать. И вполне логично предположить, что в них могут быть задействованы, в том числе, и сироты, которые попали в некие организации, где они могут быть соответствующим образом натренированы. Использование сирот в подобных целях удобно еще и тем, что, по сути, до них никому нет дела. Родителей у них нет. Государство, упраздняя детские дома, устраняется от ответственности за судьбу детей. А чужие люди, особенно те, кто берет детей за деньги, далеко не всегда бывают так гуманны и альтруистичны, как уверяют сторонники фостера. По крайней мере, статистика западных стран свидетельствует о том, что насилие над детьми в приемных семьях встречается гораздо чаще, чем в родных, даже неблагополучных.

ИА REGNUM: Татьяна Львовна, если власть все же не услышит своих граждан и со следующего года вступит в силу №442-ФЗ, и не только с ним, но и ввиду сложившихся ювенальных тенденций, что вы посоветуете нашим читателям?

Т.Ш.: Мы на протяжении многих лет советовали людям интересоваться тем, что происходит. Много лет говорили о том, что это очень большая иллюзия, что можно где-то отсидеться, создав себе такую тихую, мирную, уютную жизнь в условиях агрессивной экспансии, в широком смысле антикультурных и контркультурных, как мы уже видим по ювенальной системе, античеловеческих норм. Поэтому сейчас мы, в какой-то степени, пожинаем плоды того, что люди не прислушивались, а многие и не знают до сих пор, что такое происходит, а потом не знают, куда бежать, если в их семье вдруг разыгралась ювенальная трагедия.

На мой взгляд, людям сейчас необходимо быть в курсе того, что происходит, солидаризироваться, а не жить по принципу «моя хата с краю». Важно опознавать и не поддерживать манипуляции, которые пытаются приучить нас к тому, что родители — это масса ничего не соображающих людей. Дескать, есть профессионалы, обученные по западным методикам, они научат нас, как надо цивилизованно жить, нужно их слушаться, и им подчиняться… Когда происходят ювенальные ЧП, родителям следует предавать случившееся огласке в СМИ, помогать друг другу.

Но мне кажется, что всего этого сейчас недостаточно. Самое главное на сегодняшний момент — это стараться воздействовать всеми доступными конституционными способами на политическое руководство с тем, чтобы были приняты стратегические решения о том, что мы прекращаем встраиваться в глобалистскую ювенальную систему. Если мы будем поднимать сейчас сельское хозяйство, промышленность, укреплять суверенитет, но позволим этой системе заработать в нашей стране, то ни о каком суверенитете, да и вообще существовании нашей страны речи идти не будет.

Напомним, 1 декабря на рабочей встрече уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ Павла Астахова с активом организации «Родительское всероссийское сопротивление» (РВС) и представителями ряда других правозащитных сообществ обсуждалось вступление в силу скандального закона «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» и внедрение в России института фостерной семьи.

Как ранее сообщало ИА REGNUM, в экспертной оценке №442-ФЗ «О социальном обслуживании» члена Общественной палаты РФ, судьи в почётной отставке Людмилы Виноградовой, данным законом легитимируется такое положение вещей, при котором социальные службы и органы межведомственного взаимодействия будут иметь право врываться в наши дома в целях «профилактики и предотвращения», выявлять причины нашего «неблагополучия» без нашего на то волеизъявления, что в конечном итоге приведёт не столько к удовлетворению разнообразных потребностей граждан, сколько к расширению поля деятельности поставщиков услуг, обязанных, в том числе, заниматься социальным сопровождением. А это, в свою очередь, может привести к массовому изъятию детей по надуманным и зачастую нам совершенно непонятным предлогам.

Источник 


Поделиться:

Короткая ссылка на новость: http://ivan4.ru/~Y7d86



Чтобы оставить комментарий, вам необходимо



Поддержать региональную общественную организацию «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ ТРАДИЦИОННЫХ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ «ИВАН ЧАЙ»:

Сумма: 

Выберите удобный способ пожертвования: