ПУТИН ПОДПИСАЛ ЗАКОН О ЕДИНОМ РЕГИСТРЕ. 5 ИЮНЯ ПРОШЛО ОБСУЖДЕНИЕ ЗАКОНА НА ПЛОЩАДКЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЫ РФ

Поделиться:
08.06.2020
Несмотря на то, что Путин подписал закон о создании единого регистра  населения РФ, общественность продолжает бороться за отмену цифрового рабства, основой для которого послужит этот закон

Вот трансляция обсуждения закона в Общественной Палате РФ, состоявшегося 5 июня 2020 года на онлайн площадке Вебинар.
Трансляция была заблокирована Ютуб, но оперативно восстановлена админами Иван Чай:

начало трансляции



после восстановления трансляции





режиссер Н.С.Михалков



канд.исторических наук,политолог О.Н.Четверикова



          IT эксперт И.С.ашманов


журналистка А.Б.Шафран


СТЕНОГРАММА ЗАСЕДАНИЯ 

ОБЩЕСТВЕННАЯ ПАЛАТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

__________________________________________________________________

Единая идентификация и информационная безопасность семьи и общества.5 июня 2020 г.

- (Аничкин М.С.) Давайте начнем.

- (Мужчина 1) Давайте начнем.

- (Аничкин М.С.) Добрый день, уважаемые коллеги. Меня зовут Михаил Аничкин. я заместитель председателя Комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК Общественной палаты Российской Федерации.

Сегодня мы с вами проводим слушания, круглый стол по поводу принятия закона. Точно он называется: «О Едином федеральном информационном регистре, содержащим сведения о населении Российской Федерации».

Хочу зачитать. Год тому назад мы проводили круглый стол по развитию искусственного интеллекта. Обратившись к документам, регулирующим этот, соответственно, наш круглый стол, мне тут попалось одно из заключений специалистов. Я вам сейчас зачитаю.

На (нрзб) процессе, проходящем 20 ноября с 05 по 1 октября 1946 года, международный военный трибунал в числе прочих преступлений фашизма признал практику присвоения людям обеспечивающих номеров и клеймение этими номерами преступлением против человечности, не имеющим срока давности.

Это сбор биометрических параметров человека для помещения их в электронный вид (нрзб) аутентификационные устройства и базы данных для последующей автоматической аутентификации, и аутентификации напрямую, которые (нрзб) личности, а также другие конституционные нормы, право на свободу и личную неприкосновенность, право на неприкосновенность частной жизни, личную семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, право на свободу, совести, право иметь религиозные убеждения и действовать в соответствии с ними, а также ряд других конституционных норм. Статьи 21, 22, 23, 24 28, 29, 51, 55 Конституции Российской Федерации.

Эти права и свободы не подлежат ограничению, даже в случае чрезвычайного положения. Статья 56 Конституции Российской Федерации. Таким образом, явление биометрических документов практически является действием, направленным на нарушение конституционных прав и свобод граждан, которые являются базовой составляющей основ конституционного строя Российской Федерации.

Эта часть была в неких документах, которые мы анализировали еще год тому назад по развитию искусственного интеллекта в нашей стране, в том числе в мире. Тем не менее, принят закон. Закон, пожалуй, является таким достаточно резонансным.

Потому что волна возмущений, которую подняла сейчас общественность. Огромное количество писем и в Администрацию, и соответственно, в Госдуму, и в Совет Федерации. Оно показывает несогласие населения с принятием данного законодательного акта.

Более того, на самом деле инициаторы законы, они объясняют это тем, что население уже давно состоит в неких системах цифровых. То есть и госуслуги, и различное количество различных сетевых ресурсов. Везде кругом оставляешь свои индивидуальные данные.

Для того, чтобы систематизировать эти индивидуальные данные, собственно говоря, нужен единый реестр для того, чтобы это не расползалось бесконтрольно и так далее. Тут возникает вопрос рисков, рисков и безопасности.

Кто, собственно говоря, будет заботиться о безопасности той информации, которая собрана в Едином источнике. Если мы сейчас различными базами данных пользуемся. Допустим, силовые органы и спецслужбы, но у них у всех присяга, у них у всех свои секретности, как таковые.

Поэтому население в принципе обладает определенной гарантией того, что это все-таки силовые органы, которые используют эти данные вовремя оперативно-розыскных мероприятий и другой деятельности.

Что касается хранения этой базы данных в Едином источнике гражданском, это определяет то, что очень сомнительно недостижение к этим, соответственно, данным интересов различных криминальных групп, в том числе и с точки зрения безопасности нашей страны.

Никто не отменял базу (нрзб), которая у нас есть. Как это будет коррелироваться в представлении о том, что это единый реестр, и так далее. Поэтому сегодня мы проводим круглый стол с тем, чтобы собрать, соответственно, мнения специалистов, мнения экспертного сообщества.

Общественная палата должна обязательно должным образом отреагировать на ту законодательную инициативу, которая сейчас утверждена фактически Госдумой и Советом Федерации.

Сейчас я хочу предоставить слово сомодератору сегодняшнему, Элине Жгутовой, члену Комиссии нашей по защите семьи и материнства. Элина, вы на связи? Элина. Так, где у нас оператор?

(технические моменты)

- (Аничкин М.С.) Вы знаете, пока у нас нет Элины Жгутовой, я хочу предоставить тогда слово своему коллеге, первому заместителю председателя Комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК, Винницкому Владимиру Ильичу.

Владимир Ильич, пожалуйста.

- (Винницкий В.И.) Добрый день, коллеги. Меня слышно, видно?

- (Аничкин М.С.) Да, слышно и видно.

- (Винницкий В.И.) Начну с того, что применение электронных средств в различной фиксации, самоидентификации рассматривались неоднократно в Общественной палате Российской Федерации и в субъектах в том числе.

Началось все с применением средств фиксации нестационарных, с которыми мы сталкиваемся ежедневно на дорогах. Вызвано оно была огромным количеством жалоб на как неправомерное применение этих средств, как и необъективные (нрзб), которые дают основание для привлечения к административной ответственности.

Это во многом созвучно рассматриваемой сегодня теме. Продолжу сейчас еще на одной теме, которая рассматривалась вчера. Она касалась административно-правового аспекта применения административной ответственности в связи с нарушением ограничений, связанных с коронавирусом.

Здесь тоже были неоднократные жалобы, в частности, на приложение социальный мониторинг, который обязывали благодаря такому согласию, от которого невозможно было отказаться, соблюдать и устанавливать приложение и должным образом проводить все средства фиксации.

Что было не под силу многим гражданам вследствие отсутствия технических средств и необходимых возможностей. Дошло до того, что женщину пожилую, которая была буквально прикована к болезни и находилась в состоянии полной беспомощности, оштрафовали за тот, что она должным образом не воспользовалась этим мониторингом.

Вот и сейчас тот самый социальный мониторинг, он сродни единому идентификатору, который сейчас вступает в силу срочно принятым законом об эксперименте искусственного средства саморегулирования и регулирования в Москве. Название слишком длинное, не буду его полностью называть.

Здесь, будем говорить, есть достаточно серьезные основания волноваться за то, что вся эта общая база, которая будет использоваться, она в дальнейшем развитии может представлять достаточно серьезную угрозу.Что еще можно сказать по этому поводу.

Это только первый шаг, который, если верить той концепции, которую разрабатывает сейчас Сбербанк, будет практически контролировать или по крайней мере, фиксировать все возможные меры, которые практически попадают под закон. Извините.

Извините, что я прервался. Закон «О персональных данных», статья 6.10 достаточно четко ограничивает возможности по распространению этих средств. Поэтому думаю, что здесь есть основания для того, чтобы обсудить этот вопрос публично.

Так как это требует Федеральный закон «Об основах общественного контроля», статья 2, в частности, и закон «Об Общественной палате», статья 18, которая в случае, если речь идет о регулировании каких-то аспектов, связанных с ограничением прав и свобод граждан, общественной безопасности, должны проходить общественные слушания.

Данный законопроект, о котором я сейчас только что говорил, такие общественные слушания не проходил. Несмотря на тот, что затрагивает каждого человека. Какие я могу в данном случае высказать предложения.

Согласно, опять же, закону«Об общественном контроле» и «Об Общественной палате» в тех случаях, когда подобного рода законодательный акт требует общественного обсуждения, мы должны вынести этот вопрос на рассмотрение Совета палаты.

Думаю, что будет правильно, если региональные палаты также рассмотрят данный вопрос, но для этого нужно соответствующее обращение, которое, я думаю, будет направлено по результатам сегодняшних слушаний.

Спасибо.

- (Аничкин М.С.) Спасибо. Элина, вы принялись. Здравствуйте.

- (Жгутова Э.Ю.) Добрый день, коллеги. Добрый день, участники сегодняшнего обсуждения. Я хочу поблагодарить, прежде всего, Комиссию по безопасности нашей Общественной палаты, по инициативе которой это обсуждение, которого так долго мы все с вами ждали.

Кто следит за кампанией, скажем так, по продвижению этого закона, тот знает, сколько мероприятий было проведено на неформальных площадках. Начиная с так называемого онлайн-митинга. Инициативная группа его организовала. В условиях, когда невозможны выступления гражданской активности. Мы организовали на онлайн-площадке.

Порядка 5000 человек одновременно присутствовало на митинге, мы сумели голосование организовать. Единодушно люди приняли резолюцию, которая было разослана в том числе во все и общественные палаты в том числе. Сенаторы у нас получали и уже озвучивали,и Совет Федерации согласен с этой резолюцией. Позже выступит, в частности, Павлова Маргарита Николаевна.

Далее. На онлайн-платформе было организовано голосование, которое сейчас уже больше 200 тысяч собрало голосов. Открытое письмо 260 ученых было составлено и отправлено в адрес Президента с просьбой очень внимательно, критично отнестись к этому закону и, вообще говоря, лучше его отклонить и обсудить все-таки с широкой общественностью.

Поскольку этот закон действительно касается каждого человека в стране. Не только человека, но и его личных персональных данных. Как бы нам не говорили о том, что они будут обезличены, эта процедура нам даст непонятно.

На самом деле весь текст закона несмотря на тот, что он касается каждого гражданина, достаточно сложный. У меня в принципе высшее образование техническое, можно так сказать, но я не все понимаю то, что там написано.

Потому что мы вчера, например, долго обсуждали с Боковой Людмилой Николаевной, что такое идентификаторы. Мы пришли к выводу, возможно, у нее будет возможность пояснить. Что идентификаторы, термин, который имеется в законе, это не совсем то, что имеется в виду, например, в другом юридическом поле использования.

Есть такие нюансы, которые еще стоит обсуждать и разъяснять людям, чтобы они понимали, что, собственно говоря, с ними будут делать. Еще хочу сказать, что порядка 170 организаций подписывалась под письмом. Оно было адресовано Президенту, и оно говорило об общих принципах цифровизации общества. Не просто о конкретном законе.

Мы сегодня говорим в принципе, конечно, в первую очередь, об этом законе, Едином федеральном информационном регистре учета населения, но и вообще о многих других инициативах, которые идут сейчас в плане цифровизации всей нашей жизни, оцифровки, если так можно сказать, наших граждан.

Конечно, это право гражданина на знание, на добровольное согласие есть, на эту так называемую оцифровку, оно записано вообще в 24 статье Конституции. Мы сейчас выслушаем аргументы людей, которые разрабатывали этот закон, и собираются пользоваться этим регистром.

Что они имели в виду. Они считают, что не нарушены статьи Конституции 24, не нарушен 152-ФЗ в части сбора данных по различным целевым направлениям в одном месте. Хотя это запрещено 152 законом. Мы тоже должны выслушать эти аргументы.

Я, как общественный деятель, как представитель Общественной палаты, говорю о том, что, приветствую, кстати, всех представителей. Очень много сейчас у нас интересующихся именно председателей общественных палат регионов.

Мы сейчас на площадке, приветствую вас, дорогие коллеги. Прежде всего, к вам сегодня адресованы наши сегодняшние обсуждения. Потому что вы далеко, и вы, наверное, не так еще плотно следили за этим процессом.Нам, конечно, очень хочется, чтобы, во-первых, сами очень глубоко прониклись в этот вопрос и донесли до своих региональных представителей, до своих граждан, проживающих в ваших регионах.

Я знаю, что от Владивостока до Калининграда сейчас люди присутствуют. Мы разослали приглашение во все 85 общественных палат. Мы очень хотим, чтобы обсуждение действительно было, что называется народным.

То, что сейчас происходило, нас, конечно, не устраивает. Я, как общественник, говорю, что общественных обсуждений практически не было. тем более, что условия сегодняшние, всем понятно, не позволяют этого сделать.

Все, спасибо. Мы сейчас предоставим слово всем. Мы постараемся со всех сторон посмотреть на эту проблему. Дадим слово и историкам, и деятелям культуры, и экспертом в IT-области, в области искусственного интеллекта.Мы сейчас попробуем посмотреть на этот закон и на эту проблему со всех ее сторон.

Спасибо, коллеги. Хочу сейчас, чтобы мы посмотрели все-таки. Коллеги наши, которые разрабатывали этот закон, они еще позаботились о том, чтобы проще понять, что же они делают, они сделали ролик.Я предлагаю, 3 минуты, посмотреть. Потому что он демонстрировался и в Думе, и мы, конечно, сейчас должны его здесь тоже посмотреть.

Прошу.

(просмотр ролика)

- (Аничкин М.С.) Спасибо. Очень интересный там кубик был. МВД, а дальше «и другие заинтересованные ведомства». Интересно, хотелось бы послушать других заинтересованных ведомствах. Наверное, имеется в виду ГРУ, ФСБ, внешняя разведка.

Как-то вообще эта специфическая деятельность, носящая некий деликатный характер, она будет вообще выстраиваться на фоне этих и единых данных, которые будут скатываться в единой точке.

Элина, пожалуйста. Вы хотели предоставить еще дальше слово. Элина? Элина, Вы меня слышите?

- (Жгутова Э.Ю.)Да, все. Я включилась. Я просто выключаю микрофон и советую делать всем, если вдруг забудет сделать администратор, чтобы не было петли.

Мы сейчас еще давайте послушаем зам начальника ФНС Российской Федерации, который очень хотел, действительно хотел присутствовать, но не смог, и мы с ним договорились и следующим образом. Что сейчас он записывает то, что он хочет сказать нам, а мы, в свою очередь, собираем то, что мы хотим сказать ему. То есть не сказать, а спросить.

11-го числа он готов будет встретиться и ответить на наши вопросы, но обсуждать его выступление мы будем уже сегодня. Очень прошу следить своих помощников за чатом и собирать все вопросы от общественных палат регионов.

Мы их соберем, скомпонуем и передадим Виталию Григорьевичу и обязательно устроим с ним встречу. Опять, возможно, в присутствии у нас, организуем присутствие общественных палат именно с ФНС. Чтобы еще раз поговорить с ним какие-то вопросы, услышать ответы.

Поставьте, пожалуйста, ролик. Колесников.

- (Колесников В.Г.) Уважаемые коллеги, спасибо, что дали возможность обратиться к вам в рамках вебинара. К сожалению, не могу принять личное участие сегодня, но высказать позицию ФНС России, и разработчиков законопроекта о регистре населения и, возможно, даже ответить на некоторые ваши вопросы.

Меня зовут Колесников Виталий Григорьевич. Я зам руководителя Федеральной налоговой службы, которая непосредственное отношение имеет к этому законопроекту. В рамках законопроекта определяется ФНС России, как оператор соответствующего регистра населения.

Прежде всего, хочу вам сказать, что он принят был в исполнении 13 указа Президента от 15 января 2016 года и распоряжения Правительства номер 1418 от 2017 года. Сразу вопрос, почему ФНС России предполагается быть оператором этой системы.

Это никак не связано с нашими фискальными функциями, то есть вообще никак, и не имеет никакого отношения к налоговому администрированию, а связано с тем, что видимо, законодатель, да и Правительство посчитали, что Федеральная налоговая служба обладает достаточным уровнем цифровой зрелости.

Мы ведем уже много больших государственных федеральных ресурсов таких как, наверняка у вас на слуху, ЕГРЮЛ, ЕГРИП, Реестр малого бизнеса, который сейчас очень востребован в рамках поддержки предпринимательства.

Реестр адресов России,Реестр дисквалифицированных лиц и наконец, почти 2 года назад запущен в промышленную эксплуатацию Единый государственный реестр записей актов гражданского состояния, в целом будет являться основой создаваемого регистра населения.

Второе. ФНС России обладает развитой системой ЦОДов, то есть центров обработки данных, в которых находится все наше налоговое администрирование и ведутся все эти реестры.Эти ЦОДы аттестованы уполномоченными органами ФСБ России и ФСТЭК России.

Обеспечивается крайне жесткая защита персональных данных, обслуживание этих ЦОДов наши тоже уполномоченная и аттестованная организация Федеральное казенное учреждение «Налог-сервис». Он обслуживает все наши централизованные сервера, на которых происходит, собственно говоря, налоговое администрирование.

Хочу сказать, что в развитии законопроекта предполагается принять порядка 20 подзаконных нормативных актов. Многие из них будут поставлены на контроль как Правительством Российской Федерации, так и Советом Федерации. Это было особое пожелание сенаторов при рассмотрении этого закона в Совете Федерации. Естественно, мы это поручение выполним.

Система создается независимо от других систем наших. Если будет принято когда-нибудь решения поменять оператора, мы ее передадим. Потому что это отдельные стойки серверов, это отдельное ПО. Это независимое от никаких других систем. Мы передадим тому, кому будет поручено при изменении закона это сделать.

Также хочу обратить ваше внимание, что основной идеей законопроекта является то, чтобы обеспечить неизменность и сопоставимость сведения о человеке во всех других ресурсах, который у нас в стране есть, а их много.Это и ресурсы федеральных органов власти, и региональных органов власти, и муниципальных.

Заметьте, законопроект их ни в коем случае не отменяет, но он говорит о том, что, если оператор реестра по сведениям, которые к нему поступают в рамках 10 статьи законопроекта, получил данные о физическом лице, сопоставил их, убедился, что они правильные, корректные и могут служить основой создания уникальные записи об этом человеке, мы говорим, да, мы этого человека нашли. Данные о нем такие-то, фамилия, имя, отчество и все то, что жестко прописана по 7 статье законопроекта.

Пожалуйста, через систему межведомственного электронного взаимодействия, оператором которой является Минкомсвязи. Пожалуйста, сверяйте свои данные в своих ресурсах с нашими данными, и используйте это в том числе при оказании государственных услуг, в том числе и при выполнении своих функций, и приведении вообще ресурсов, как таковых.

Еще раз подчеркиваю, никакие ресурсы региональных органов власти этим законопроектом не отменяются. Еще раз хочу подчеркнуть такое заблуждение. Этот реестр содержит только те сведения, которые четко и закрытым спискам обозначены в 7 статье законопроекта.

Здесь нет медицинских сведений. Здесь нет сведений о личности, никаких свойств личности, здесь нет налогов, нет доходов, нет имущества. Тем более, здесь нет никаких биометрических данных. Пожалуйста, прочитайте еще раз законопроект и поймите, что мы собираем только те сведения, которые уже есть в других органах власти, в других системах.

Сопоставляем их с собой, друг с другом и говорим о том, что этой записи, которую мы проверили, и мы за это ручаемся, как операторы, можно доверять. Пожалуйста, используйте правильные и корректные данные для того, чтобы оказывать любые государственные услуги. Вот и все.

Что еще. Есть большой такой переходной период. Реестр не создается сразу. Это крайне сложный технологический и методологический реестр. Он не создается в один клик, как говорится. Соответственно, переходной период, который законопроектом установлен, он длится до 2026 года, а первые сведения из него мы начинаем поставлять в 2023 году как раз для регионов, которым эти сведения нужны для оказания госуслуг.

Он будет постепенно наполняться. Все поставщики четко перечислены в реестре. Это 12 поставщиков, примерно 30 видов сведений. Поставщики все вам известны. Это и Минсвязи, это и ФНС России, это и Пенсионный фонд России, и МВД и ряд других ведомств по документам образования и так далее.

То есть все сведения, которые есть у них, они в виде идентификаторов. Заметьте, не копирование баз данных, не совмещение в одной базе данных, как почему-то тоже некоторые думают, всех сведений, которые есть. Не привязка к одному человеку всего вообще, что есть о нем в нашей стране. Ничего подобного нет.

Мы привязываем только идентификаторы и создаем так называемый такой брелок с ключами с этим идентификатором, по которому можно обратиться уже в другую систему и, собственно говоря, там получить эти сведения об этом человеке.

Что еще хотят сказать и что, наверное, важно. Конечно, этот реестр будет использован регионами при планировании своего социально-экономического развития. Почему. Потому что реестр будет содержать сведения как о людях, обих месте жительства, об их многообразии по полу, по образованию, по возрасту, естественно.

Соответственно, можно будет планировать, в каком регионе и в каком месте региона, в каком муниципальном образовании строить больницы, школы, детские сады и так далее.

Соответственно, оператор, то есть ФНС России будет обеспечивать обезличивание сведений, поставлять их. Все исключительно через систему межведомственного электронного взаимодействия. Регионы будут, безусловно, этим пользоваться.

Кроме того, реестр позволит установить семейные связи и наконец абсолютно четко и правильно ответить на вопрос. Сколько семей в стране. Какой состав этих семей. Посчитать, нуждаются ли эти семьи в материальной поддержке, либо в других формах поддержки.

Сделать это адресно и не требовать от заявителя никаких бумаг, подтверждающих семейные связи, факт рождения ребенка, документ, удостоверяющий личность, и много чего другого, что до сих пор сейчас еще, к сожалению, происходит.

Мы это сразу сможем, поставить данные о семьях, в тот орган, который отвечает за выплату пособий. Например, органы соцразвития или социальной защиты региона, смогут, забрав другие данные о доходах семьи, например, посчитать средний душевой доход и просто выплатить это пособие на ту карту, которая будет привязана в соответствующем заявлении уполномоченного представители, можно так сказать, семьи.

Это абсолютно, я надеюсь, будет используемо. Потому что это позволит нам, наконец, адресно и без больших трудозатрат как со стороны государства, так и, прежде всего, со стороны самого заявителя эту помощь оказывать.

Еще также хочу подчеркнуть, что внесены в период между двумя чтениями в законопроекте, были внесены изменения, которые касаются того, что любой житель страны, используя свой кабинет на портале государственных услуг, сможет обратиться к этому реестру и посмотреть, какие же сведения о нем есть в этом реестре.

Очень важно и контролировать, собственно говоря, то, что в этом реестре есть о нем самом и его несовершеннолетних детях. Наконец, также были вопросы со стороны заинтересованных структур, а как же защищать еще конкретных людей в этом реестре, которые там являются судьями, являются защищаемой категорией лиц, свидетелями и так далее.

Законопроект и на это отвечает тем, что обособляются сведения об этих людях в отдельный сегмент, физически не связанный никак с реестром населения, и с которым работать могут только уполномоченные сотрудники уполномоченных органов, а перечень этих органов определяется Президентом.

Хочу еще раз подчеркнуть, что законопроект никак не затрагивает права граждан. Наоборот, он дает возможность качественно оказывать услуги, привести наконец многочисленные реестры нашей страны в соответствии с данными и понимать, где источник этих эталонных данных.

Наконец, прогнозировать социально-экономическое развитие страны и регионов конкретно, и в целом делать жизнь людей счастливее и достойнее. В том плане, что они быстрее будут получать то, что им положено по законодательству нашей страны.

Я надеюсь также, если у вас будут еще вопросы, коллеги из Общественной палаты их передадут к нам в Федеральную налоговую службу. Мы постараемся на них максимально полно ответить.

Спасибо большое.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое Виталию Григорьевичу. Мы обязательно сейчас, походу будут возникающие вопросы, мы будем собирать их в чат. Прошу коллег из общественных палат их в чате все писать. Мы сейчас их будем агрегировать.

Просто хочу заметить, что, когда мы переписывались с ФНС России, мне присылали почту на Общественную палату России. Письма попадали в спам, и мы никак не могли найти. Понимаете, то есть с ФНС России в Общественную палату России почта попадает в спам.

Хочу сказать, что не попадут ли в спам какие-то наши жизни важные письма, когда все так будет оцифровано. Еще хочу сказать, что сейчас идет трансляция в YouTube на нашем канале «Иван-чай», информационный портал. YouTube ее заблокировал прямо в начале по нарушению правил YouTube.

Сейчас наши администраторы пытаются восстановить. Какие такие правила мы нарушили. Вы понимаете, что здесь. Я просто хочу сказать о технической оснащенности нашей сферы, вообще говоря. Как мы будем в таком формате существовать. У нас письма в спаме, все рушится. Я уже не говорю, сколько, наверное, каждый из вас намучился с интернетом за эти 2 месяца.

Сейчас, как ответное слово, предоставить нашему известному юристу, кандидату юридических наук, Анне Викторовне Швабауэр. Она очень подробно и четко объясняет все положения этого закона.Она анализ даст полный этого закона.

Анна Викторовна, будьте добры. Просим вас.

- (Швабауэр А.В.)Скажите кто-нибудь, пожалуйста, слышно ли меня?

- (Жгутова Э.Ю.)Звук плохой.

(говорить в микрофон)

- (Швабауэр А.В.) Можно мне приступать, или не слышно? Плохо?

- (Жгутова Э.Ю.) Плохо, плохой звук.

- (Аничкин М.С.) Ничего не слышно.

- (Швабауэр А.В.) Так слышно?

- (Жгутова Э.Ю.)Плохо слышно, да.

- (Швабауэр А.В.)Так не лучше?

- (Жгутова Э.Ю.) Так лучше.

- (Швабауэр А.В.) Так лучше, да?

- (Жгутова Э.Ю.) Так лучше. Так прекрасно. Давайте, Анна Викторовна, мы Вас слушаем.

- (Швабауэр А.В.) Здравствуйте. Я тезисно пробегусь по основным проблемам этого закона.

- (Жгутова Э.Ю.) Анна Викторовна, будьте добры. Микрофон должен фиксированным как-то быть, находиться. Он не должен плавать.

- (Швабауэр А.В.)Так пойдет?

- (Жгутова Э.Ю.)Да, так пойдет. Прекрасно.

- (Швабауэр А.В.) Я постараюсь ответить на те аргументы, которые мы только что услышали от представителя налоговой службы.

Итак, по поводу списка собираемых данных. Видеоролики, которые транслировали в Думе, в Совете Федерации, достаточно хитромудро, я бы сказала, рассказывали о самых базовых видов сведения.Почему-то там не прозвучала и не показана информация о том, что сведения о семейном положении физического лица также вносятся в регистр.

Причем, если мы посмотрим в статью 7, эти сведения сформулированы открытым образом. Пункт Ж. «Сведения о семейном положении физического лица, в том числе о записях актов заключения о или расторжение брака». Что значит «в том числе».

Сведения о семейном положении могут толковаться достаточно широко. Мы там видели три или четыре вида сведений в этом мультике, а на самом деле их порядка 30. Давайте присмотримся к ним повнимательней и посмотрим, что такое идентификатор на самом деле.

Итак, записи о рождении и смерти. Документы, удостоверяющие личность физического лица. Сведения об учете в налоговом органе, о постановке на воинский учет в системе обязательного, пенсионного, медицинского, социального страхования. Постановка на учет в службе занятости.

Документы об образовании, квалификации, обучении. Регистрация в ЕСИАи еще раз сведения о супругах, детях физического лица, и о родителях. Здесь есть еще некоторые другие сведения.Это я перечисляю данные статьи 7, но те сведения, которые вносятся в реестр, перечислены не только в ней.

Открываем статью 10. Там идет некая детализация, из которой тоже можно увидеть, что перечень на самом деле не такой уж исчерпывающий, как нам говорится.Во-первых, там появляется паспорт моряка, которого нет в 7 статье. Во-вторых, давайте посмотрим, что такое идентификаторы. Все время звучит, что это только номера, номера документов.

На самом деле, если откроем 10 статью, там, например, регистрация по месту жительства. Не только номер документа, правда? Если взять сведения об образовании, которые сейчас по постановлению Правительства 729 вносятся в регистр по образовательным документам.

Труда включаются помимо и фамилии, имени, отчества, даты рождения, поллица, наименование организации, выдавшей документ об образовании, код профессии, специальности, направление подготовки, указанное в документе образования.

Наименование образовательной программы, наименование профессии, специальности. Направление подготовки. Присвоенная квалификация, срок обучения, год поступления на обучение, год окончания обучения.

Коллеги, это все называется идентификаторы. На мой взгляд, идет некая манипуляция сознанием. Мы видим мультик там с тремя какими-то видами сведений и информацию о том, все номера.Поэтому давайте будем честными и раскроем полноценную картину того, что туда будет вноситься.

Кроме того, обратите внимание на часть 15 статьи 10. Перечень составляющей информации, которая будет вноситься в регистр, устанавливается Правительством.Там написано: «Порядок направления сведений, включая перечень составляющей информации устанавливается Правительством».

Коллеги, что имеется в виду. Имеется в виду, что на уровень Правительства делегируются полномочия по установлению конкретного вида данных, которые будут, и исходя из статьи 10, они могут быть расширены, по существу.

То есть мы не видим полного списка данных, которые будут вноситься в регистр. Это первое, что хотелось бы сказать. Далее. Нам говорится о том, что это такой ограниченный перечень, не переживайте, но на самом деле мы знаем о том, что планируется расширение перечня собираемых данных.

Это написано в правительственном документе. Распоряжение Правительства 1418-Р от 4 июля 2017 года. Там прямо написано: предусматривается поэтапное дополнение регистра с расширением базовых сведений, включаемых в его состав.

Поэтому мы понимаем, что этот регистр становится только такой некоей базой первоначальной, скелетом, которую дальше будут в общем наполнять и дополнительной информацией по нам.

Меня, например, совершенно не устраивает такое отношение к нашим персональным данным, которое называется, вот мы создаем брелок с ключами, но ключи-то, ключики-то наши. Почему нашими ключиками должна распоряжаться ФНС.

Вы спросите нашего разрешения на передачу вам всех этих ключиков от нашей жизни. Закон игнорирует фактически положения Конституции. По закону предполагается, что все органы власти, которые упомянуты в нем, должны передавать данные без получения согласия граждан на соответствующую передачу.

Это нарушает положения статьи 24 статьи Конституции, где прямо сказано, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускать.При этом, везде и всюду, на телевидении мы слышим о том, что якобы это не персональные данные. Я цитирую, нам прямо говорят: ребята, это не персональные данные.

Тогда что же это, если это не персональные данные. Давайте откроем закон, посмотрим определение, что такое профессиональные данные. Я цитирую: «Это любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу».

Разве все, что я перечислила выше, не попадает под это определение? Это лукавство, мягко скажем. Далее. Еще нам говорят о том, что персональные данные не относятся к частной жизни гражданина.Коллеги, а тогда к чему они относятся.

По какой статье Конституции тогда они должны защищаться. Найдете нам, покажите, мы тогда обсудим, но вы не найдете другой статьи, кроме 23, 24 Конституции, в которых конституционное правовая защита наших персональных данных строится на положение именно указанных статей.

Если не верите, откройте научные источники. Например, кандидат исторических наук Миллерова пишет. Я цитирую: «Персональные данные – это сегмент частной жизни». Это (нрзб) диссертация.Еще кандидат юридических наук Проскурякова. «Притязания на защиту персональных данных – это элемент конституционного права на неприкосновенности частной жизни». Это тоже диссертация.

Давайте не будем манипулировать терминами и называть вещи своими именами. Это персональные данные, которыми государство хочет распоряжаться так, как ему угодно, но это некорректно.Когда нам говорят о том, чтоваши данные и так уже у нас есть, это тоже такая общая формулировка и очень луковая. У кого у вас? Государство? Это не какой-то некий монолит, когда оно работает с персональными данными.

Оно состоит из различных министерств и ведомств. У каждого Министерства есть своя компетенция. Исключительно в рамках этой компетенции Министерства и ведомства имеют право работать с нашими персональными данными.

Целями и компетенциями этих видов ограничивается возможность и спектр тех данных, с которыми они могут работать.

- (Аничкин М.С.) Аня, вы пропадаете все время. Можете микрофон поближе?

- (Швабауэр А.В.) В данном случае. Так нормально?

- (Аничкин М.С.) Да.

- (Швабауэр А.В.) В данном случае абсолютно игнорируется то положение, что государство – это некий монолит. Оно состоит из различных министерств, и каждое из них не обязано работать исключительно в соответствии со своей компетенцией, а не так, что мы в какой-то орган передали свои данные. Дальше они творят, что хотят. Так не пойдет.

Третий момент. По принципам обработки персональных данных. В законе «О персональных данных» установлены четкие принципы, основные положения, которым должна соответствовать вообще вся обработка персональных данных.

Если некие новые нормы проявляются в других законах, есть принципы, которым они должны следовать. Авторы закона говорят. Они сетуют на то, что у нас сейчас разрозненное хранение данных, и наконец-то, счастье какое, в регистре они будут консолидированы.

Говорится о том, что сейчас яблоки мы собираем с разных веток, наконец-то мы их сложим в один ящик. На самом деле авторы выдают за благо то, что является злом. Потому что этот принцип, установленный в этой статье закона«О персональных данных» и о том, что нельзя разнородные данные сводить в одну точку. Он был написан не глупыми людьми, а людьми, которые эту норму прописали для обеспечения неприкосновенности нашей частной жизни.

Именно разрозненное хранение наших данных обеспечивает неприкосновенность частной жизни. Дальше давайте посмотрим на цели регистра. Зачем же он нужен.В самом законе сказано о том, что регистр создается, как система учета сведения о населении для учета сведений населения. Фактически происходит сбор данных и ради сбора данных.

Тем не менее, это грубо нарушает часть и 3-ю статьи 5 закона «О персональных данных», где четко сказано, что обработка данных должна ограничиваться достижения конкретных, заранее определенных целей, но такая цель сбора данных, как сбор данных, она не соответствует указанной норме.

Обработки должна вообще-то формулироваться на базе той компетенции, которая есть у каждого органа. Здесь это игнорируется. Между прочим, отсутствие четких границ, которые связаны с целями сбора и обработки данных, оно приведет, несомненно, к тому, что перечень будет постоянно расширяться.

Это уже, как я сказала, прописано в правительственном документе. Соответственно, этот законопроект противоречит поручению Президента, которое было в 2017 году 26 апреля принято.В нем прямо говорилось о том, что необходимо принимать законы, направленные на минимизацию состава обрабатываемых персональных данных, а тут мы видим максимизацию. Потому что из разных баз собирается в одну точку, и еще нацелен на дальнейшее расширение.

Второй момент, что было в указе порученияПрезидента. О том, что хранение персональных данных должно происходить по месту возникновения таких данных, а тут мы видим грубое нарушение. Закон прямо предусматривает передачу данных в Единый регистр.

Также закон противоречит позиции Государственно-правового управления Президента, в котором прямо говорилось, было письмо в 2014 году. Там прямо говорилось, что любые формы принуждения граждан к использованию электронных идентификаторов личности и автоматизированных средств обработки персональных данных недопустимо.

Здесь прямое нарушение. То есть все вышеизложенное показывает, что главная цель законопроекта – это просто обеспечение удобства чиновников и тотального контроля над гражданами.

Но такие цели не могут быть основанием для ограничения конституционных прав граждан. Они не предусмотрены в 55 статье Конституции. Обращаю внимания, что Конституционный суд уже не раз заявлял о том, что (тишина).

- (Жгутова Э.Ю.) Давайте попробуем сейчас дождаться восстановления связи. Я думаю, что Анну еще выведем.

Игорь Станиславович, Вы готовы сейчас, если что, включиться? Сейчас у Анны связь не восстановлена.

- (Ашманов И.С.) Я пару слов скажу буквально.

- (Жгутова Э.Ю.) Давайте я Вас представлю. Одну секундочку. Ашманов Игорь Станиславович, наш самый известный, пожалуй, в стране специалист по IT-технологиям. Он хочет это же высказаться.

Анна, вы сейчас готовы продолжить? Восстановилась связь? Игорь Станиславович, или вы сейчас? Давайте дадим Игорю Станиславовичу сейчас слово. Потому что он торопится, а Анна потом продолжит.

- (Ашманов И.С.) Я закончу достаточно быстро. Смотрите. Я согласен абсолютно со всем, что говорит Анна. Она сделала прекрасный совершенно разбор, который показывает две вещи. Первое. Закон категорически противоречит Конституции и 152-ФЗ.

Во-вторых, что ролики и речь замминистра ФНС, которые нам показали, абсолютно луковые, пытаются манипулировать общественным мнением. Все или почти все, что там сказано, просто противоречит тому, что написано в законопроекте. Там прямые противоречия.

Я думаю, что Анна сейчас возьмет слово и продолжит про это рассказывать. Я, когда слушал и смотрел ролик, у меня, конечно, возмущение. Потому что это просто, поскольку я занимаюсь в основном сейчас анализом социальных сетей и СМИ. Для меня там очевидна медийная манипуляция, просто рассчитанная на очень низкий уровень сознания смотрящего.

По сути, нас держат за дураков. Извините за прямое высказывание. Я скажу пару слов про техническую сторону дела. Смотрите, там есть несколько положений, про которые нам рассказывают.Что сбор данных, список которых, конечно, будет расширяться. Конечно, там в конце концов окажутся и семейные данные и данные о несовершеннолетних, и биометрия там точно будет. Потому что в законе это прямо написано.

Даже не в том Постановлении Правительства, а в самом законе. Что спектр предоставляемых данных решает само ведомство каждое, и они будут сливать туда все, что они собрали.Там можно довольно много всего представить себе. Например, будут сливаться, конечно, эсэмэски и так далее. Про безопасности такой базы данных я хотел бы сказать.

Надо понимать, что, конечно, можно рассуждать про возможность атаковать такую базу данных внешними силами со стороны хакеров. Хакеры у нас являются пугалом. Мы знаем, что данные крадут, что бывают утечки и так далее.

Что по этому поводу можно сказать. Здесь может быть два аргумента. Что, с одной стороны, что держать в базе Центральной намного безопаснее. Потому что там все будет единообразным образом сделано, и будут очень крутые специалисты по безопасности. Все будет сертифицировано и так далее.

Это валидный аргумент, к сожалению, да, против того, что сейчас происходит везде зоопарк разных систем хранения, разные политики безопасности. В регионах там может быть уровень безопасности разный и так далее.

Во-первых, нам только что сказали, что зоопарк никуда не денется. Он останется в регионах. Во-вторых, надо понимать, что, если сейчас внешний злоумышленник, а внешние злоумышленники сейчас чаще не взламывают, а просто покупают инсайдера. Захочет собрать все данные о человеке.

Сейчас ему нужно проделать, создать целый проект по тому, чтобы искать эти данные на человека по всем ведомствам и по всей стране. В результате реализации этого реестра ему будет достаточно украсть одну центральную запись в базе данных. Это будет на порядки дешевле.

Стоимость такого инсайдера тоже будет дешевле. Потому что у него будет доступ. Поэтому аргумент о том, что мы сделаем все очень круто, и поэтому эта база будет гораздо более защищенной, не снимает защищенности региональных и ведомственных баз данных, во-первых.

Во-вторых, она сделает стоимость утечки гораздо более низкой. Стоимость утечки для атакующего, и гораздо более высокая для пострадавших. Для гражданина и ведомства.Это раз. То есть безопасности здесь повышена точно не будет. Второе. Не бывает стопроцентной безопасности. Все системы информационных технологий имеют дыры, и все имеют определенный процент срабатывания этой безопасности.

Например, в прошлом году, мало кто, может быть, об этом знает. Потому что это довольно сильно было затоплено медийно. Была утечка 20 миллионов записей налоговых о гражданах Российской Федерации.Откуда она утекла, мы не знаем, и как ее используют, тоже не знаем.

Почему не знаем, потому что все ведомства, в том числе ФНС, отказались принять на себя ответственность за утечку, откуда появились данные в открытом доступе, неизвестно.Кто их сейчас использует, коллекторы, мошенники, похитители детей, мы не знаем.

Такие утечки были, есть и будут обязательно, как ты не защищай. Еще одна проблема безопасности заключается в том, что утечки сейчас на 90% или 95% происходят по вине инсайдеров.Данные продаются. Внешние злоумышленники или кто-то еще просто покупают эти данные. Договариваются с инсайдерами и потом совместно их выкладывают или продают, или еще что-то делают.

Как уже говорилось здесь в начале, этой базой будут руководить и управлять гражданские лица. Без присяги, без режима государственной тайны и так далее. По сути, эти данные попадут в руки IТ-клерков, клерков по информационной технологии.

Это сисадмины, программисты низкого уровня. Те, кто непосредственно занимается не просто программированием этой базы данных, а назначением, например, прав доступа.Представьте себе. Вы можете защитить данные от сисадмина, который назначает права доступа к данным. Конечно, нет. Потому что он назначает права доступа. В частности, он может эти права доступа назначить сам себе.

Нигде в законе ничего не сказано об аудите этой системы со стороны независимых аудиторов технических. Предполагается, что она будет просто очень крутая. Здесь нужно еще пару слов сказать о медийной стороне этого дела и о человеческой.

Все мои разговоры по поводу этой базы данных, по поводу съемки лиц наших и распознавания на улицах, с мэриями и так далее привели меня к мысли, что никаких аргументов в пользу всех этих технологий и сбора данных о гражданах, кроме, «но это же очень круто, знать все про всех. Это уже очень круто, собрать в одном месте. Это будет очень удобно»,у них просто нет.

Это говорит о том, что на самом деле чиновников снабжают этим аргументом и рассказывают, как им будет круто. Этот новый класс цифровых управляющих, то есть сисадминов и программистов, с точки зрения которых, конечно, Центральная база данных лучше.

Это абсолютно детские аргументы и абсолютно детский уровень аргументации. При этом, естественно, никого из тех, кто это говорит, вообще не беспокоят никакие права граждан. То есть это реально поразительная история.

С моей точки зрения, конечно, закон нельзя подписывать. Там осталось только Президенту подписывать. По какой-то причине и Совет Федерации его тоже подписал. Что здесь еще нужно сказать. С точки зрения специалистов по информационной безопасности и информационным технологиям это будет повышение рисков, а не снижение. Самое главное, что, конечно, основной – это не утечка. Это не кража внешними злоумышленниками, это не кража инсайдерами.

Это регламентное, как бы законное использование операторами этой базы данных. На самом деле нас беспокоит это. То, что записано в законе. То, что, во-первых, этими данными будут управлять много кто, будут много откуда.

Я, вообще говоря, в законе увидел. Может быть, Анна меня поправит, возможность для передачи этих данных тем, кого определит Правительство или оператор. То есть вплоть до коммерческого использования.Я нарочно утрирую, но представьте себе, что в определенный момент оператор этой базы данных говорит, что мы составляем список особо доверенных страховых компаний, особо доверенных банков или особо доверенных коллекторских агентств, котором мы готовы предоставлять эти данные. Естественно, под очень строгие договора и так далее, но на коммерческой основе.

Потому что, вообще говоря, как человеку обычному, как ему объяснить, чем эта база данных плоха. Если утечка, то это утечка может быть тем, кто захочет похитить его ребенка или создать какое-то давление на его семью.

Если это регламентное использование, то это продажа его данных, например, коллекторам, очень хорошим коллекторам, сертифицированным, которые просто потом будут знать все про него, про его семью, родственников и создавать гораздо большее давление, чтобы он отдал долг банку или там кому-то еще.

На мой взгляд, наиболее страшное использование будет как раз в рамках закона. Я еще хотел последнее слово сказать. Там везде говорилось, это все луковые эти ролики. Везде говорилось, что все это будет регулироваться, и в законе это написано, законами и в рамках закона все эти базы будут обеспечены защитой.

Все утечки происходят ровно из таких баз. Они все сделаны по закону, у них все правильно с защитой. Это не мешает совершаться утечкам. Да, кроме всего прочего, там высказывание. Последнее.Это техническое сооружение.Там есть высказывания о том, что средства защиты будут сертифицированы, но нигде не сказано, что они должны быть отечественные. Это, на мой взгляд, грубая ошибка.

Это значит, что в конце концов просто из удобства, для того, чтобы сделать побыстрее. Потому что этот реестр, как всегда, будут делать долго и не будут успевать. В конце концов возьмут готовые западные с управлением извне, с возможными закладками и с облачным хранением данных.

В конце концов, этот реестр, я абсолютно уверен. У нас так происходит, окажется хранимым где-нибудь на серверах в Германии. Частично, может быть, а не полностью. Или в США.Эти все вещи там в законе прописаны максимально общо.

Нигде не сказано, какой будет регламент, кто будет аудировать и так далее. На мой взгляд, вообще говорят, все эти вещи надо передавать спецслужбам, гражданским лицам из ФНС.

Спасибо, я закончил.

- (Жгутова Э.Ю.) Игорь Станиславович. Там, когда в Совете Федерации прозвучал вопрос от Мизулиной по поводу оборудования, то Егоров, начальник ФНС сказал, что у нас будет все наше.Как вы относитесь, можем ли мы сделать такой рывок в нашей?

- (Ашманов И.С.) Я не уверен пока. Смотрите, это будет наше, если в законе это будет жесткое требование, за неисполнение которого будут наказывать. Как это происходит на практике, мы знаем.Пишутся всякие обоснования, бумаги и так далее о том, что именно сейчас для скорости и для того, чтобы быстрее выпустить и лучше сделать, все-таки надо использовать Oracle, Microsoft и так далее.

Причем, надо понимать это, к сожалению, факт позорный нашей жизни, что все эти обоснования для чиновников пишут маркетинговые юридические отделы Oracle и Microsoft. Они даже сами эти обоснования не пишут.Это высказывание о том, что все будет наше, это опять высказывание общее, манипулятивное, луковое, как говорила Анна, не отраженные в законе. В законе ничего об этом нет. Там не сказано.

Что они закупят Эльбрусы для того, чтобы это все делать. Да полно. Закупят они все то же самое. Интеловскую технику, Windows и все такое. Я просто вижу эти обоснования, и о том, как они на миллиарды или на десятки миллиардов рублей закупят эти базы данных, операционные системы и так далее.

Это тоже самое, что сейчас делается в мэрии Москвы, где все эти данные похожего толка, которые сейчас собираются под соусом Сovid. Естественно, все это делается на западных технологиях и часто с удаленным управлением. С моей точки зрения.

Это должно быть в законе, и это должно быть очень жестко, за это должны наказывать. Ничего там этого нет. Нам просто это на словах обещают. Да, возможно, это будет в подзаконных актах, а, может быть, и нет.

Смотрите, я еще хочу добавить не то, что такого позитива. Тем не менее, выразить надежду, что Михаил Владимирович Мишустин, которого мы знаем 30 лет. Он опытный айтишник. Понятно, что он и сам из этой же ФНС.

Тем не менее, сейчас у него другая ответственность. Он, мне кажется, ее понимает. Потому что он уже сейчас начал задавать вопросы, а на каком основании, например, собирались данные и раздавались приложения во время этой пандемии Сovid.

Я надеюсь, что он все-таки разберется с тем, что это довольно опасная штука, и в таком виде ее запускать нельзя. Я выражаю такую надежду на его разумность и профессионализм.

Спасибо.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое, Игорь Станиславович. Ваше мнение очень важно. Надеюсь, что оно будет учтено еще и Президентом. Не только Мишутиным, но и нашим первым лицом. Спасибо Вам большое.

- (Ашманов И.С.) Я вынужден вас покинуть. Спасибо. Извините меня, там просто.

- (Жгутова Э.Ю.) Да, Спасибо Вам большое. Я думаю, что мы еще с вами поговорим по этому поводу.

Давайте тогда Аня продолжит свой доклад, прерванный.

- (Швабауэр А.В.) Слышно меня?

- (Жгутова Э.Ю.) Чудесами цифровизации прерванный. Давайте.

- (Швабауэр А.В.) Слышно меня, Элина?

- (Жгутова Э.Ю.) Да, слышно прекрасно.

- (Швабауэр А.В.) Хорошо. Я не знаю, в какой момент я пропала. Давайте посмотрим по поводу того, почему у нас ФНС становится оператором этого регистра, и что у них уже есть сейчас. Какие данные у них сейчас есть.

ФНС у нас ведет Единый реестр налогоплательщиков, в который вносятся более 30 видов сведений о физическом лице. ФНС у нас ведет Реестр актов гражданского состояния. Кстати, непонятно, почему именно ФНС. Ведь контроль в этой сфере компетенция Минюста.

Теперь ФНС хочет получить Единый регистр населения. Не слишком ли много информации? Нам говорят о том, что этот регистр поможет выстраивать семейные связи. Для того, чтобы платить пособие, поддерживают граждан.Для этих целей, для целей соцподдержки у нас существует Минтруд.

Есть у нас такая база данных, которая называется ЕГИССО, Единая государственная информационная система соцобслуживания, оператором которой является ПФР.ВЕГИССОвсе данные для соцподдержки граждан имеются.

Непонятно, в чем проблема, и зачем нам создавать новый регистр. Причем, ФНС на встрече с КПРФ прямо говорили, что они выдают для целей выплаты пособий в ПФР информацию из своей системы актов гражданского состояния, то есть налажено взаимодействие между имеющимися системами, и проблемы никакой нет. Зачем надо все сливать в одну точку.

Иногда еще говорится, что он нужен для целей статистики, но непонятно, почему бы эти функции не может выполнять Росстат. Почему такая подмена функций налоговой службой и, подмена функций других ведомств происходит.

Сегодня мы услышали, что регистр не имеет отношения к налоговому администрированию. Хотя в предыдущие разы мы слышали, что как раз он для этих целей в том числе и создается. Чтобы улучшить администрирование.

Между прочим, этот указ Президента от 15 января 2016 года, на который ссылался представитель ФНС. Он не говорит, между прочим, о создании регистра. Он говорит о том, чтобы принимались нормативные акты для усовершенствования порядка зачисления и уплаты страховых взносов. То есть про регистр тут речи нет. Поэтому не надо на него, как на основании ссылаться.

Из всего этого обилия аргументов. Что там еще говорилось. О том, что наконец-то мы узнаем, сколько семей в стране. Зачем опять представитель ФНС повторяет этот аргумент, который уже зарубили в Пленарном заседании депутаты, которые через 5 секунд нашли, что у нас 42 млн семей в интернете по данным официальных наших ведомств. Непонятно.

Так же опять звучит о том, что посчитаем наконец-то нуждаемость (нрзб). Этого регистра кроме того, что удобно все видеть в одной точке. Это цифровая (нрзб) ФНС, более продвинутого технические ведомства.Знаете, если руководствоваться принципом, у кого что лучше получается, мы так далеко уедем. Вам не кажется? С пренебрежением принципы организации и деятельности госвласти.

Рано или поздно коммерческие организации заявят, что они лучше госорганов у нас оказывают услуги. Тогда давайте им передадим полностью госуслуги. Между прочим, в программе Правительства по восстановлению экономики от 31 мая такая цель уже звучит.

Передача госуслуг негосударственным организациям. Так, к сведению. органы госвласти на самом деле должны работать в соответствии со своей компетенцией. Поэтому логика пути, по которому сейчас идет ФНС, как обоснование, что они не операторы. Она абсолютно порочная, она крайне опасная для суверенитета страны и для нашей страны, как для правового государства.

Потом еще звучал от ФНС, что они готовы передать регистр тому, кто пожелает. Дело-то не в желании, а в том, кому можно. Никому нельзя. Потому что все органы госвласти должны работать по своему профилю в своей компетенции.

Никому нельзя отдавать регистр, в котором такая сводная информация из разных сфер по разным компетенциям содержится. Если сейчас кто-нибудь придет в Налоговую и скажет, поставьте меня на воинский учет. Налоговая скажет, Вы что, ненормальные? Почему у нас воинский учет в Налоговую передают?Фактические данные воинского учета передаются в Налоговую.

Это к аргументу о том, что государство – это некий монолит. У каждого госоргана своя сфера, и не надо все сливать в одну точку. Это нарушение грубое принципа функционирования органов госвласти.

Теперь давайте посмотрим насчет прав граждан. ФНС заявляет о том, что граждане будут иметь доступ к информации о себе и смогут ее изменять и уточнять. Это тоже манипуляция некая.Давайте детально посмотрим закон. Регистр (нрзб) является с 2026 года. Можете проверить. Часть 5 статья 11 и часть 6 статьи 14. Почему в течение 6 лет граждане будут лишены доступа к своим персональным данным.

Между прочим, согласно 24 статье Конституции, органы госвласти обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с материалами, затрагивающими права граждан, а тут этого нет.Далее. Граждане смогут реализовать это свое право с 2026 года исключительно с использованием Портала госуслуг. Только после регистрации в ЕСИА.

Между тем, по закону «О персональных данных» граждане имеют право получать информацию о своих персональных данных без выполнения каких-то предварительных условий.По закону «Об организации госуслуг» граждане имеют право выбора формы госуслуг, электронная, либо традиционная бумажная, а этот закон лишает граждан указанной альтернативы.

Кроме того, о добровольности регистрации в ЕСИАи на электронном портале госуслуг говорил Верховный суд в определении Апелляционной коллегии от 20 сентября 2012 года. Это все здесь тоже нарушается.

Далее. Только с 2026 года граждане смогут попросить об изменении сведений о них в регистре. Часть 10 статьи 8, частью 6 статьи 14. Получается, что граждане будут лишены возможности хоть как-то повлиять на персональные данные в регистре, как минимум, в течение 6 лет.

Причем, порядок изменения записи делегирован на правительственный уровень. Мы не знаем, какой он будет. Поэтому никакой гарантии реализации этого права в неэлектронной форме тоже нет.Между тем, из закона следует, что с 2023 года этот регистр может стать единственным и обязательным источником получения сведений о населении для оказания госуслуг.

Понимаете, человек не сможет ни узнать о себе, ни поменять данные о себе, а этот регистр уже будет (нрзб). К каким страшным нарушением прав граждан это может привести, не надо даже разъяснять.Теперь по поводу идентификатора.

Действительно все сведения о каждом физическом лице будут образовывать единую запись, которая будет идентифицироваться уникальным пожизненным и посмертным номером.То есть все сведения о каждом человеке будут находиться в этом регистре под единым номером.

Это, конечно, грубое нарушение статьи 21 Конституции. Потому что многие граждане не хотят, чтобы их идентифицировали номером, а не фамилией, именем и отчеством.Фамилия, имя, отчество становятся лишь сведениями регистра, а идентификатором будет номер. Статья 21 Конституции: умаление достоинства личности запрещено. Здесь игнорируется это право конституционное.

Хотелось бы напомнить, что зарубежный опыт уже, между прочим, и с девяностых годов за рубежом поднимался этот вопрос. О недопустимости присвоения единого в масштабах страны идентификатора.Почему-то они чуть ли не смеются, говоря, подумаешь, номер, и сравнивая чуть ли не с номерами документов.

Почувствуйте разницу. Во-первых, номер документа, он меняется.Документ, допустим, потерян, получаешь новый там паспорт, например, у тебя будет номер. Во-вторых, в разных профильных базах, если используются в каких-то айтишник в целях номера, то в каждой системе там свой.

Нет какого-то единого, на которой собирается весь файл-досье на человека. Они вводят в масштабах страны единый номер. На это прямо указывалось Конституционным судом в Венгрии, когда там анализировался аналогичный вопрос.

Что негосударственной сферы, государственная администрация в целом не могут рассматриваться, как некое единое целое, в рамках которого может быть введен единый персональный код.Мы говорили выше о том, что государство – это не монолит. Что у каждого госоргана своя компетенция. Поэтому единый номер для всего государства на одного человека – это грубое нарушение его прав.

Как сказал Конституционный суд Венгрии, это символ тотального контроля над гражданами и превращение человека в объект. Мы из субъекта с персональными данными превращаемся в направление.Кактоже отметил Конституционный суд Венгрии, что в силу своей сути этот персональный номер противоречит праву людей принимать самостоятельные решения. Между прочим, в Португалии присвоение единого номера идентификатор в масштабах страны запрещено на уровне Конституции.

Предлагаем присмотреться к этому опыту, а не отмахиваться от нас. Как-будто мы глупости говорим по поводу того, что неприемлемо присвоение единого номера в масштабах страны.

По поводу безопасности уже было сказано. Два момента, наверное, скажу. Что, конечно, формирование полной базы одной – это просто беспрецедентная возможность для геополитических противников.

- (Жгутова Э.Ю.) Анна Викторовна, давайте у нас по безопасности сейчас выступит юрист.

- (Швабауэр А.В.) Хорошо. Я в завершении по криминогенным рискам немножко хотела сказать. Что этот законопроект, он, конечно, будет провоцировать киберпреступность. Криминологи уже окрестили этот закон «преступным», я цитирую.

Поясню. В криминологии есть такое понятие, как закон, преступный по существу. К таковым,согласно определения, например, криминолога, профессора Дмитрия Анатольевича Шестакова, который, кстати, также подписал обращение против этого закона, относятся, цитируют: «законы, которые представляют собой для человека и общества значительное зло, безотносительно к признанию такого деяния в качестве преступления законом». Цитата закончена.Поэтому уже в криминологии этот закон окрестили, как «преступный».

Последнее, по поводу обезличенных данных. Три момента хотела сказать. Они нам говорят, что там будут обезличенные данные, не переживайте.Во-первых, данные вносятся в реестр не обезличенными, а вполне себе персонифицированными.

То есть там внутри только будет как-то в рамках обработки внутри регистра происходить обезличивание, и то. Еще непонятно, каких именно данных. Это установит Правительство, и выходить из регистра данных будут вполне себе не обезличенными.Третий момент, что такое обезличивание (нрзб). Аргумент про обезличивание, он абсолютно несостоятельный.

Все, я заканчиваю. Считаем, что этот закон категорически грубо нарушает положения Конституции, принцип обработки персональных данных, содержит концептуальные юридические дефекты, и он не может быть поправляем какими-то изменениями, поправками.

Мы концептуально выступаем против создания единого регистра на все население страны. Спасибо за внимание.

- (Аничкин М.С.) Спасибо большое, Анна Викторовна. Меня слышно?

- (Жгутова Э.Ю.) Да.

- (Аничкин М.С.) Спасибо большое. Из выступления последних двух докладчиков понятно, что на самом деле закрадываются сомнения в том, что очень хорошо и сильно разработаны все положения закона.

Почему-то ощущаешь такое чувство, что в достаточно большой спешке все это готовилось. Именно в этой связи, видимо, закон не был прислан в Общественную палату для общественного слушания предварительного. Да и вообще очень много вопросов.

Все, что касается, допустим, систем безопасности данных, то, наверное, на Митинском рынке всегда все появится очень быстро и своевременно.Что касается взаимоотношения чиновничества и населения, то это давние проблемы для всех стран, а для нашей тем более.

Это здесь срабатывает принцип, толпы, когда подходит трамвай. Человек, который хочет влезть в трамвай, и который, когда он влез, он уже совсем другой человек, он уже пассажир. Понятно.

Я хочу предоставить слово сейчас очередному докладчику. Единственное, коллеги. У нас еще 12 человек записавшихся. Время у нас, соответственно, поджимает. Тем не менее, я хочу предоставить слово члену Комиссии по безопасности во взаимодействии с ОНК Общественной палатой Российской Федерации Руслану Салюкову.

Руслан, Вы слышите нас? Кто у нас операторы? Руслан Салюков на связи? Да, Элина, пожалуйста, пока.

- (Жгутова Э.Ю.) Я хотела подчеркнуть, Михаил Станиславович, что несмотря на то, что обсуждение сегодня проходит на площадке Общественной палаты Российской Федерации, это нельзя назвать «Нулевыми слушаниями». То, о чем имелось в виду речь, когда говорили мы, что должны были передать на площадку Общественной палаты.

Это должны были сделать до того, как закон был внесен в Госдуму. Мы обсуждаем, это, конечно, обсуждение на площадке Общественной палаты, но это не «Нулевые слушания»Общественной палаты, которые должны были быть инициированы Думой по регламенту.

- (Аничкин М.С.) Да. Руслан, пожалуйста.

- (Жгутова Э.Ю.) Добрый день.

- (Салюков Р.Р.) Добрый день, коллеги. Безусловно, конечно, хотелось бы поблагодарить организаторов для проведения данного круглого стола. Проблема, конечно, очень серьезная.

Безусловно, пока Михаил Станиславович еще ранее проводил примерно по этой проблематике мероприятие в Общественной палате. Было приглашено много экспертов. Практически еще не было ситуации, той, которая сейчас с законом, но ни один эксперт не высказался, скажем так, положительно о возможном принятии закона.

Каждый высказывал свою обеспокоенность. Каждый говорил о том, что он противоречит определенным нормам законодательства Российской Федерации, но при этом мы понимаем, что что-то такое с этим законом связано. Что не хочет на сегодняшний момент, скажем так, чиновничество такого большого публичного обсуждения данного закона.

Поэтому он и в Общественную палату не был представлен. Самое главное, что многие эксперты указывают на возможные негативные последствия, называют их, различные, но упорно представители власти никак не реагирует и никак, скажем так, не слышат о том, что сомнения сообщества, сомнения членов Общественной палаты, сомнения экспертов. О том, что возможно наступление определенных негативных последствий.

Даже сегодня выступление одного из руководителей ФНС, скажем так, понятно, что очень было все грамотно и правильно изложенную с профессиональной точки зрения, но при этом ответов на вопросы общества, которые имеются на возможные негативные последствия в связи с принятием данного закона и вообще этого, по крайней мере, я не услышал.

Поэтому, что здесь можно сказать. Здесь, учитывая, что мы понимаем о том, что в ближайшие время, возможно, данный закон будет подписан Президентом. Наверное, будет правильно в дальнейшем это проведение различных общественных слушаний, мероприятий по внесению изменений, по тем негативным последствиям, которые может данный закон принести.

Потом, у нас же в обществе есть серьезные специалисты по безопасности, которые действительно могут определить, влияет ли тот или иной законопроект, скажем так, на безопасность в обществе и вообще на безопасность, скажем так, страны.

Потому что уж больно странно этот введен закон, конечно. Безусловно, абсолютное непонимание того, чтобы была ли проведена экспертиза экспертов, специалистов на возможные явления, скажем так, на предмет, соответствует ли он безопасности и сегодняшним вызовам.

Потому что, безусловно, особенно в сегодняшней ситуации, когда мы все увидели, как, скажем так, эти цифровые технологии фактически влияют на жизнь всего населения. Готово ли у нас сейчас к этому общество.

Мнение, скажем, специалистов, это, безусловно, очень спорное, спорно относится к данному законопроекту. Пока уже закона фактически. Поэтому здесь нужно не останавливаться и проводить мероприятия и вОбщественной палате, и среди мнений, экспертов приглашать.

Потому что, скажем так, что ни один практически эксперт не дал положительную оценку данному закону. Поэтому это, конечно, настораживает. Безусловно, что есть нормы в законе, которые противоречат и Конституции Российской Федерации.

Конечно, здесь нужно принимать определенные меры, проводить мероприятия. Поэтому, я что могу сказать, еще добавить по поводу предстоящего закона. Я считаю, что, конечно, безусловно, я уверен, Михаил Станиславович, наверное, результаты сегодняшнего обсуждения круглого стола направит и в Администрацию Президента.

Потому что обеспокоенность очень серьезная. Я со многими разговаривал, как с экспертами, и не экспертами, с гражданами. Только касается этого вопроса, и все очень обеспокоены.

Все обеспокоены многими вопросами, что не будет ли прямого доступа к тем данным, которые в принципе должны быть индивидуальны для человека. Поэтому, конечно, я считаю, что ситуация серьезная, и здесь свою позицию отстаивать.

Я считаю, что нужно, необходимо будет указать и в Госдуму направить письмо, почему, на каком основании не были проведены по данному закону «Нулевые чтения». Наверное, потому, что ожидали подобную реакцию поэтому не провели.

Потому что у нас было, Михаил Станиславович тогда был организатором подобного мероприятия. Все, подчеркиваю, все эксперты высказали свою обеспокоенность.Поэтому я считаю, что такая ситуация, нужно будет этим заниматься.

Спасибо.

- (Жгутова Э.Ю.) Нам говорят, нам возражают, у нас не было никакого общественного возмущения. Мы 8 месяцев ничего не говорили, никто, что вы ждали. На самом деле, конечно же, все обсуждения проводили.

Сейчас я предлагаю послушать сенатора. Павлова Маргарита Николаевна. Это сенатор Челябинской области. Она выступила в Совете Федерации. Она была одна из тех, кто не голосовал за этот закон. Там было всего таких несколько человек в сенате. Она высказывалась по поводу этого закона.

Будьте добры, Маргарита Николаевна. Мы вас просим.

- (Павлова М.Н.) Добрый день, уважаемые участники сегодняшнего круглого стола. Для меня на самом деле очень важно, что Общественная палата подхватила эту тему. Сейчас, конечно, когда уже закон принят, так скажем, есть еще у нас возможность донести позицию общественности до Президента.

Во-первых, почемуя голосовала за. Я обозначила свою позицию.

- (Жгутова Э.Ю.) Против.

- (Павлова М.Н.) Против, Да. прошу прощения. Обозначила свою позицию в социальных сетях. Это пост получил рекордное количество лайков и репостов, чему была крайне удивлена.

Во-первых, когда я работала Уполномоченным по правам человека, сталкивалась с гражданами, которые действительно не хотят отдавать свои персональные данные. Причины разные.Те самые утечки, про которые вы говорите. Во-первых, некое недоверие и, конечно же, желание защитить свои персональные данные и право на личную и семейную жизнь.

Кроме того, я считаю, что каждый человек в принципе должен иметь альтернативный выбор. Это самое главное. Хочешь попасть в эту базу данных пожалуйста. Не хочешь, должен быть выбор. Когда выбора нет, мы начинаем сталкиваться с признаками тоталитарного государства.

Я внимательно следила за тем, как дискуссия разворачивалась и в Государственной Думе. Депутаты там тоже не были единодушны. Поправки активно обсуждались. 75 депутатов голосовали против при обсуждении поправок.

Конечно же, обращения, которые инициированы были самими гражданами на онлайн-платформах, на онлайн-площадках. Они все попали и в мой почтовый ящик. Я так понимаю, что рассылка была веерная. Всем абсолютно сенаторам высылали.

Я не могу отнестись к этим письмам, как к каким-то дежурным. Потому что действительно речь идет о базовых правах человека. Здесь это для меня лично это не пустой звук.

С удовольствием, конечно, послушаю экспертов сейчас. Я считаю, что такие законы, они действительно меняют работу всех органов власти. Меняется порядок межведомственного взаимодействия.

Для того, чтобы наша страна была готова к такого рода работе, нужно очень широкое обсуждение. Потому что коснется это каждого человека. Здесь невозможно принимать эти законы исключительно без участия гражданского общества.

Я, наверное, на этом закончу.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое, Маргарита Николаевна. Особенно спасибо за Вашу позицию. Сейчас я читаю, что у нас происходит рождение национальных героев. В частности, спасибо вам огромное. Мне очень приятно, что мы с вами земляки. Я тоже родилась в Челябинской области.Я думаю, что наши регионы покажут свою приверженность патриотизму и проявит неравнодушие к судьбе страны, если уж так говорить.

Я хочу еще сейчас представить нашего национального героя, безусловно. У меня сейчас целый список его регалий. Советский, российский киноактер, кинорежиссер, сценарист продюсер, художественный руководитель центра театра и кино под руководством, собственно, Михалкова, артист РСФСР, полный кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством», председатель Союза кинематографистов России и так далее.

Я могу тут очень долго перечислять, но всем нам известный, всеми нами любимый и всем нам известный Никита Сергеевич Михалков не остался безучастным. Мы с вами знаем, как он заявил свою гражданскую позицию в своей передаче «Бесогон». Какой она приобрела широкий общественный резонанс, вызвала.

Я хочу еще анонсировать, он сам об этом проговорит. Я еще хочу анонсировать, что завтра будет выпуск, посвящены именно этому закону, о эфире. Я еще раз говорю, я считаю, что у нас сейчас рождаются национальные герои. Кто-то продолжает им оставаться.

Я попрошу, сейчас у Никиты Сергеевича тоже связь не очень хорошая, там, где находится. Поэтому мы перестраховались, и он записал именно к нам обращение свое. Прошу сейчас администраторов, поставьте, пожалуйста.

- (Михалков Н.С.) Уважаемые члены Общественной палаты Российской Федерации. Меня попросили высказать свою точку зрения принятие закона о едином регистре (нрзб) Российской Федерации.

Я сразу скажу, понимаете, я не юрист. (нрзб) я, основываясь только на личном ощущениях и тех знаниях, которые я успел получить по этому поводу. Так вот, что меня удивило. Меня удивило, что у нас в Государственной Думе многие (нрзб) незначащие законы порой обсуждаются не недели, месяцами и даже говорят и больше.

Вдруг абсолютно ключевой закон для нашего народа проходит вот так без единой, так сказать, помарки. Кто-то, так сказать, сопротивлялся, но он просто пролетел пулей. День назад он точно также прошел и в Совете Федерации.

Я, честно говоря, удивлен очень. Потому что этот закон кардинально меняет жизнь наших граждан, кардинально. Я уже не говорю о том, что это закон, который впрямую нарушает некоторые статьи нашей Конституции, впрямую.

Это закон, который обнажает жизнь каждого человека. Это закон, который не прошел обсуждение среди людей. Референдума или какого-то общественного большого обсуждения. Потому что это касается конкретной жизни каждого нашего человека.

При том, что безопасность этих данных, она очень сомнительна. Достаточно вспомнить, что в 2019 году специалисты британских компаний нашли в открытом доступе открытый кластер, содержащий персональные данные 20 миллионов россиян, именно их имена, адреса, номера паспортов, места проживания, номера телефонов, номера ИНН, работодателей, а также информацию об уплаченных налогах. Как это?

Да, я понимаю. Я понимаю.То, что сделано Федеральной налоговой службой, это великое достижение. Действительно реально. Это очень удобно и это очень важно, но это не повод для того, чтобы расширить настолько личные данные граждан нашей страны.

Притом, что, будем откровенно, при нравственных качествах порою наших чиновников какие гарантии, что просто не продадут эти данные. Это проблема национальной безопасности. Это подарок ЦРУ, это подарок Госдепу, это подарок всем спецслужбам, огромный подарок.

Если туда войдут данные наших нелегалов, разведчиков, Министерства обороны и так далее. Как это возможно, как это может быть. Притом, что, если еще учесть, что огромное количество базовых, базовых деталей, базовых схем. Базовых, повторяю. Не российского производства.

Это значит, в любую секунду это может обломится.Это значит, в любую секунду может выключаться все. Я утрирую. Я повторяю, я не специалист. Я, так сказать, художник. У меня гипербола – это одна из сильных сторон, так сказать, художественного творчества.

Если мы так, с таким вниманием прислушиваемся и переглядываемся к тому, что происходит у наших коллег, так сказать, на Западе. В 2006 году в Великобритании был сформирован Национальный регистр для навигации. Однако, спустя 4 года было принято решение об отказе от регистра. Потому что невозможно обеспечить конфиденциальность сведений о гражданах Великобритании там.

Кто обеспечит нам конфиденциальность сведений о наших гражданах здесь? Еще одна важная вещь. Может быть, я ошибаюсь, но друзья дорогие. В период коронавируса, пандемии, изолированности людей, которых и так в общем колбасит.

Представьте себе, какое расслоение возникнет. Это ведь не Венгрия, не Ватикан, не маленькая страна какая-нибудь Марокко. Нет. Это огромная страна с огромными просторами, далями, народами и так далее. Мы не понимаем, что это вызовет такую реакцию в провинции в русской, и без того, так сказать, которая существует по отношению к центру, раздражение, неприятие.

Я не хочу никого пугать, но мне лично страшно, что это может быть. Поэтому я повторяю, нет у меня не прав, ни возможностей оспаривать решение Государственной Думы и Совета Федерации. Там сидят избранники народа.

Что они скажут, вернувшись в свои регионы. Как они объяснять людям, почему они должны, так сказать, быть оцифрованы. Почему об их заработках. заработках ладно, это для, так сказать, службы налоговой, а вообще остальные привязанности, здоровье, взаимоотношения, работа и так далее. Почему? (тишина) то есть мы своими руками (тишина). Мы своими руками даем карт-бланш абсолютно всем тем, кто очень нами интересуются и очень с негативной стороны.

Потому что нам объявляют санкции, мы враги мира. Даже сейчас в Америке то, что происходит, рука Москвы. Теперь этим людям, так сказать, опасность этим людям отдать все наши личные данные. Хорошо, понимаю.Министерство Внутренних дел, Министерства обороны, ФСБ, ФСО и так далее. Я могу это еще понять. Наверное, это очень нужно для того, чтобы борьба с террористами, там с коррупцией и так далее, но простых граждан.

Поэтому, еще раз повторю, я не специалист. Я, может быть, неправильно в этом разбираюсь, но меня это волнует. Это мы как раз в следующем нашим «Бесогоне», который называется «Над пропастью во лжи», мы об этом и говорим.

Притом, что Президент лично говорил о сокращении этих данных, а не о раздутии их до невероятных размеров, включая самые интимные информацию о человеке.Вот, собственно, меня просили сказать, я сказал, а уж как оно дальше будет решать вам в том числе, Общественной палате Российской Федерации.

Спасибо вам за внимание. Всего доброго. Смотрите «Бесогон».

- (Жгутова Э.Ю.) Огромная благодарность Никите Сергеевичу Михалкову за его участие. Все завтра смотрим программу«Бесогон» «Над пропастью во лжи», и подписываемся на канал, ставим лайки, делаем репосты и так далее.

Всячески содействуем тому, чтобы позиция, еще раз говорю, нашего национального героя, нашего любимого Никиты Сергеевича была услышана и уж, как минимум, дошла до самых высоких и важных людей и надеемся, что и, естественно, до Президента, прежде всего.

Хотя нам, честно сказать, уже приходят какие-то странные письма из администрации. Что уже подписан закон Президентом, но это какое-то странное, вообще говоря. Потому что нигде, ни в СМИ, ни в прессе, ни в официальных источниках, нигде нет информации о том, что закон этот подписывал Президент, но такие письма приходят. Будем считать, что это какая-то техническая ошибка администрацииПрезидента.

Я прошу сейчас, есть коллеги из актерского цеха. Заслуженная актриса России. Мария Васильевна Шукшина просто включилась в эту борьбу. Я считаю, что это тоже наша национальная героиня. Она тоже включилась в борьбу с этой цифродиктатурой. У нее тоже есть и, что сказать по вопросу этого законопроекта в частности, и вообще по цифровизации в целом.

Она давно занимается, то есть она включилась в эту борьбу давно. Она уже образовала вокруг себя движение, можно сказать, так называемое движение Шукшиной, уже существует.

Я думаю, что Мария Васильевна сейчас к нам присоединиться. Если технически возможно. Отлично. Нет, у нас не ролик. У нас живое включении. У нас живое включение Марии Васильевны. Приготовиться Ольге Николаевне Четвериковой. Она кандидат исторических наук, и даст нам историческую оценку этих событий. Мы пригласили всех по оценкам.

Да, Мария Васильевна, рада вас слышать, видеть. Сейчас я выключаю свой микрофон.

- (Шукшина М.В.) Здравствуйте.

- (Жгутова Э.Ю.) Приветствую вас. Здравствуйте, мы вас ждем.

- (Шукшина М.В.) Меня слышно?

- (Жгутова Э.Ю.) Да. Все слышно и видно прекрасно. Мы вас ждем. Я вас уже представила. Нет, звук пропал.

- (Шукшина М.В.) Спасибо большое за эту долгожданную возможность, Так сказать, быть услышанными. Буду говорить от лица людей. Понятно, что не всех людей, но, по крайней мере, от тех людей, с кем уже последние два месяца мы каждый день общаемся в моих аккаунтов в соцсетях.

Я хочу сразу сказать, я не политик никакой, так сказать, ни к какой партии не принадлежу, ни в какой общественной организации не состою. Это просто личное неприятие этого закона побудило меня углубиться в изучение и понять весь ужас положения, в котором, так сказать,я, люди моей страны и моя страна находится.

Поэтому я последние 2 месяца каждый день публиковала посты, просвещающие людей. Потому что ни на одном федеральном канале мы не сможем услышать информацию об этих всех цифровых законах, которые, как из рога изобилия, нас сыпятся. Если не сказать каждый день, и которые принимаются.

Игнорируется полностью мнение людей, мнение народа. Поэтому такими какими-то подручными средствами в виде соцсетей удалось сплотить и объединить людей. Удалось объединить единомышленников, которые очень неравнодушными оказались и, слава тебе, господи, что не оказались.

Наши неприятие этого закона можно выразить в 3 моментах. Первое, без нашего согласия распоряжаются всеми нашими данными. Я сейчас внимательно слушала и Анну Швабауэр, юриста, и Ашманова замечательного Игоря я слышала, и представителя ФНС, Колесникова. Насколько я понимаю, зам руководителя Федеральной налоговой службы.

Послушайте, нас очень волнует и тревожит, если не сказать больше, а больше возмущает то лукавство и та манипуляция, которая действительно происходит. Здравомыслящие люди это видят. Это черным по белому, это невооруженным глазом.

Все эти ваши ролики, которые, это я к ФНС обращаюсь, которые примитивные эти. Понятно, что я там актриса, я не юрист, опять же, я говорю. Я не общественник, я не политик ни в коем случае, и не рвусь туда, упаси,Боже.

Просто я дружу с логикой. Я вижу, знаете, уже долго живу на этом свете. Поэтому я могу зерна от плевел отличить могу, и люди, слава Богу, тоже. Эти все общественные слушания, которые сейчас, круглый стол, на котором, слава Богу, мы находимся, имеем возможность высказаться, в общем-то состоялсятолько благодаря тому, что люди забросали письмами Общественную палату. Понимаете, какая история.

Ведь нас не слышат. Да, мы собрались, мы там буквально за несколько часов, за 3 часа пришло 2000 писем в Общественную палату, и таким образом, так сказать, не смогли пройти мимо.Все участники, которые там сидят и находятся, это благодаря людям.

Спасибо им большое за это. Больше 100000 обращений в Государственную Думу, в Совет Федерации, в аппарат Президента, самому Президенту направлено. Больше 100.000 –это только учтенных. Я не знаю, там, наверное, гораздо больше все эти цифры.

210000 подписали петицию против этих всех не только ЕФИРа, единого федерального информационного регистра, и других цифровых законов, подписало петицию.Элина уже озвучивала здесь, что больше 280, Элина, уже ученых подписало это открытое письмо Президенту.

Как можно это игнорировать и не обращать на это внимание. Честное слово, просто обидно и горько за страна, где так смотрят на народ.Не хочу говорить какие-то противные вещи, противные слова, которые меня саму коробят.

Потому что я тоже этот народ. Нас не устраивает то, что, второй момент, про антиконституционные законы, которые без нашего согласия, нарушают 24, 23 уже юристы об этом говорили. Нас это не устраивает.Второй момент. Нельзя все яйца класть в одну корзину. Мы это тоже понимаем. Нашим простым умом мы понимаем, что это противоречит элементарным мерам безопасности, и об этом тоже уже говорилось.

Мы прекрасно понимаем, что, учитывая специфику страны, завтра такая база будет уже в интернете. Ее можно будет купить элементарно в интернете. Это мы тоже понимаем, и все утечки информации, которые ежедневно происходят в огромном количестве и даже у ФНС. Как мы знаем, осенью прошлого года было.Они там отрицают свою вину, так сказать. Расследование не было произведено, наказания тоже нет, но это неважно. Прекрасно все понимаем.

Третий момент. Буду также говорить от лица православных людей, верующих людей, к коим я отношусь. Все верующие люди видят во всеобщей аутентификации людей исполнение апокалиптического пророчества, данного нам 2000 лет назад евангелистом и апостолам Иоанном Богословом. О начертании антихриста.

Поскольку главенствующая роль по этому закону будет принадлежать и будет относиться именно к номеру, а не к фамилии, имени и отчеству. Ник имени. Фамилия, имя, отчество по первому закону будут относиться к разряду разновидности сведений о человеке.

Это новая история.Мы привыкли, мы все живем, мы все окружены огромным количеством документов, у каждого этого документа есть свой номер, но всегда была в приоритете фамилия, имя, отчество.

Теперь это какая-то новая вводная. О том, что номер и теперь играет главенствующую роль. Мы категорически с этим не согласны. Говорю от лица верующих людей. Неверующим хочется напомнить, атеистам или исповедующих, не знаю, другие религии. У нас многонациональная страна.

Хочется просто напомнить Нюрнбергский процесс. Нюрнбергский трибунал признал преступлением против человечества, эта нумерация людей, присвоение номеров людям, признал преступлением против человечности, против человечества, не имеющим срока давности.Как можно это игнорировать, мы тоже не понимаем, честно говоря.

Дальше. Никита Сергеевич тут уже произнес фразу про то, что ему так становится как-то страшно. Про то, что может произойти в стране.Я абсолютно разделяю его страхи, его опасения. Потому что на самом деле, я говорю, я плотно общаюсь. В общем-то у меня большое количество подписчиков и очень активных людей, которые высказывают свое мнение.

Поэтому даже статистику можно провести, даже основываясь на моих аккаунтах. О том, что революционная ситуация уже в принципе создана. Признаки революционной ситуации, которые мы учили в школе на уроках истории.

Понимаете, три признака. Верхи не могут управлять по-старому, низы не могут жить по-старому и повышение активности масс. Вот они все налицо. Хочется вам этого или не хочется, но это факт. Зайдите, почитайте. Я понимаю, там депутаты, сенаторы, они там оторванные, может быть, от народа. Несмотря на то, что они там избранники народа.

Просто зайдите и почитайте. У вас же тоже есть аккаунты. У наших всех, у руководящего состава тоже есть аккаунты. Почитайте, что вам люди-то пишут. Там сплошные, просто сплошное возмущение теми действиями, которые вы. Все, что вы творите. Нельзя уже сказать, что не ведаете. Творите и ведайте, что творите.

Мы не хотим, как в Казахстане. Мы прекрасно знаем, хотя это тоже скрывается. Ни на одном федеральном канале вы не услышите о том, что происходит сейчас в Казахстане. Ни пресса об этом не пишет, программа ни одна об этом не выходит.

Там уже обязательная вакцинация, обязательная биометрия. Там уже этот реестр, регистр вернее, он уже введен и со всеми медицинскими данными о людях. Он уже введен.

- (Жгутова Э.Ю.) Мария Васильевна, можно еще, осветите, пожалуйста. Мы люди простые, а вы уже известные звезды. Вы живете, как в аквариуме, а скоро весь мир будет жить, как в аквариуме.

Как это, расскажите. Каково это вообще ощущать себя. Есть тайна личной жизни, что-то.

- (Шукшина М.В.) Знаете, это очень приятно, в кавычках, так сказать. Да, действительно. Понимаете, то, что нарушаются эти все статьи о неприкосновенности частной жизни. О том, что сбор, хранение распространение информации о частной жизни без согласия не допускаются.

Это все игнорируется уже давно. Каждый известный человек с этим сталкивается, но, если не ежедневно, то еженедельно точно. Самое жуткое, что я, например, проиграла 9 судов, пытаясь защитить свою честь и достоинство.

Потому что эти статьи Конституции, они игнорируют судами уже давно. Я подавала, знаете, суды, которые я проиграла, иски я подавала уже очень давно, несколько лет назад. Я просто перестала это делать, проиграв 9 судов. Потому что это бесполезно.

Ты с этим живешь, у тебя даже некоторая прививка. Какой-то иммунитета даже выработался на все на это, но люди. Да, они сейчас в общем-то вкусят все прелести этой прозрачности. Они сейчас да, они просто почувствуют, войдут в нашу шкуру.

Да, это такая перспектива, приятная очень для всех, мягко скажем. Я закончу тем, что, конечно, мы еще, мое поколение, более старшее поколение, мы еще можем побороться за это, а наши дети, особенно наши внуки, которые уже вырастут с рабской психологией. Им уже будет, то есть у нас есть, с чем сравнить, а у них ни с чем будет сравнить.

То, что нас готовят к новому статусу. Статусу цифровых рабов, это же мы видим. Это все невооруженным глазом мы видим. Мы уже, это пандемия, она уже показывает, что мы не можем пользоваться всеми благами без того, чтобы быть покорными системе.

Уже показано, вот оно как. Вот они зачатки, вот они. Каждый здравомыслящий человек просто видит это. Нельзя это не видеть и не понимать. Если бы, например, это система, дьявольская система, управляемая искусственным интеллектом, вершила бы известный знаменитый суд Соломона, который был 3000 лет назад. То там просто бы надвое разделили ребенка.

Искусственный интеллект, он даже не вникал бы. Я говорю историю библейскую, когда там пришли две женщины и привели ребенка. Одна там, вернее, они две, обе женщины говорят: это мой ребенок. Каждая претендует на материнство. На то, что она мама этого ребенка.

Пришли к Соломону. Вот, пожалуйста, разреши наш вопрос, и доказательства приводит каждая. Он говорит: пожалуйста, берите каждое его за руки и тяните в разные стороны. Кто перетянет, того ребенок. Мать, которая родная кровь этого ребенка, она отказалась. Потому что она не хотела сделать больно своему ребенку.

Соломон сказал: все, ради этого все это и устраивалось, мне этого достаточно. Вот настоящая, а искусственный интеллект просто, что, он же не будет решать (нрзб). Извините за, может быть, такие библейские примеры, но для меня это просто это я не знаю.

Мы говорим о нашем будущем и о будущем. Самое жуткое, что мы говорим о будущем наших детей. Все эти законы, заканчиваю. Все эти законы не гарантируют социальную защищенность. Мы это видим. Они нарушают права и свободы человека и оскорбляют человеческое достоинство.

Спасибо за внимание.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое, Мария Васильевна, за вашу позицию.Мы поддерживаем вас в вашем движении, вновь образовавшемся. Так что, мы с вами.

- (Шукшина М.В.) Да, спасибо большое.

- (Аничкин М.С.) Да, спасибо большое. Я только единственное могу сказать, что наша страна является одной из частей мирового сообщества, мировое сообщество вступило в такую фразу турбулентного развития, которая очень часто идет в противоход друг другу.

Сознание, оно всегда идет в противоречие с неким бытием. К сожалению, такая действительность, как она дальше будет развиваться. Как вы сами говорите, только одному Богу известно.

- (Шукшина М.В.) (нрзб), и будь что будет.

- (Аничкин М.С.) Нет, понимаете, не будет что будет. Есть определенные обеспокоенность того, что вообще в мире происходит. Поэтому здесь я с вами также абсолютно согласен.

- (Шукшина М.В.) (нрзб) общественная историю, а мы говорим то, что происходит в стране.

- (Жгутова Э.Ю.) Давайте сейчас исторический аспект, посмотрим исторический аспект. У нас кандидат исторических наук, всем известная, всеми любимая Ольга Николаевна Четверикова.

- (Аничкин М.С.) Коллеги, только единственное. У нас остается не так много времени, еще есть записавшиеся. Давайте сделаем регламент.

- (Жгутова Э.Ю.) Михаил Станиславович, у нас в принципе в час не закроется площадка. Мы сейчас выпустим текст, кого мы уже обязательно должны включить, и постараемся.

Ольга Николаевна, у вас 12-15 минут. Добрый день.

- (Четверикова О.Н.) Добрый день.

- (Жгутова Э.Ю.) Добрый день. Я отключаюсь.

- (Четверикова О.Н.) Все, появилась. Видно меня? Да, спасибо за слово. Вы знаете, тут так сейчас хорошо говорили. Как-то очень просто, по-человечески. Поэтому после этого мне тяжело говорить о политических, геополитических аспектах.

Я все-таки, поскольку у меня есть немножко времени, хотела бы привлечь к этому внимания и сказать о том, о чем ни авторы этого закона, ни его разработчики, ни те, кто за ним стоит, кого мы не видим, ни все остальные, как-то лоббирующие этот закон.

Для начала я, как это не смешно, хочу напомнить 3 статью Конституции. Она звучит так: «носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления.

Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы. Никто не может присваивать власть в Российской Федерации. Захват власти или присвоение властных полномочий преследуются по Федеральному закону».

Почему я начала с этого. Потому что уже и сейчас фактически эти статьи, положения во многом не соблюдаются. Мы это знаем, но, если будет принят этот закон, уже вступит он в действии. Тогда он фактически легализует уже полное беззаконие. Уже эти все строчки, они не будут абсолютно ничего значить. Почему я об этом и говорю.

Потому что, хотя те, кто продвигал этот законопроект, они нам объясняли и рассказывали, что это делается для того, чтобы упростить нам платежную дисциплину, упростить на систему оказания услуг и все прочее.На самом деле речь идет не об этом. Они скрывают главное.

У нас не было нигде, ни на каких структурах обсуждения того, что реально представляет собой этот закон. Этот закон является всего лишь навсего шагом или одним из элементов проекта, который называется «Цифровое государственное управление».

То есть это проект цифрового государства, который представляет собой коренную перестройку всей системы государственного управления. Более того, он ставит вопрос об изменении и самой сущности власти.

Этот проект цифрового государственного управления, я на нем подробнее немножко хотела остановиться. Он разработан в рамках национальной программы «Цифровая экономика», но, как мы знаем, программа «Цифровая экономика» тоже никем не обсуждалось.

Я думаю, вряд ли кто-то из депутатов очень хорошо себе представляет, что это такое. Разрабатывал этот проект, реализовывала его некоммерческая организация «Цифровая экономика», Департамент развития цифрового государства и Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций и, опять же, некоммерческая организация Аналитический центр при Правительстве Российской Федерации.

Речь идет о полной перестройке системы управления, переводе ее на цифровую платформу управления. Что такое цифровая платформа. Об этом тоже у нас не говорили, это тоже у нас не обсуждалось.

Дело в том, что где-то уже с восьмидесятых годов на Западе была внедрена, стали внедрять концепцию и реализовать концепцию нового государственного управления. Или она называется новый государственный менеджмент, которая подразумевает применение рыночных критериев оценки деятельности государственных органов.

Далее.Передача части функций органов частным структурам на аутсорсинг, так возникло частно-государственное партнерство в политической и государственной сфере управления.Фактически речь идет не о цифровизации, о приватизации государственного управления. Сначала отдельных функций, а затем уже и всей системы государственного управления.

Одним из наиболее эффективных механизмов реализации этой стратегии является электронное правительство, которое стало активно применяться, реализация с начала двухтысячных годов, с ростом сети интернет, создание новых сфер частного предпринимательства, электронная торговля, электронного бизнеса.

Это электронное правительство означало системную перестройку и внедрение новой, заимствованной из менеджмента модели государства управления данных. Если в двухтысячных годах у нас было электронное правительство, то теперь вместо электронного правительства, это как бы следующий этап, внедряется уже цифровая платформа управления.

Что такое цифровая платформа, кратенько. В Массачусетсе Технологический Институт обозначает это так. Это обеспеченные высокими технологиями бизнес-модель, которая создает стоимость, обмен между двумя и большим числом взаимозависимых групп участников.

То есть цифровая экономика на самом деле – это экономика больших данных, а цифровая платформа – это бизнес-модель, которая позволяет управлять этими большими данными. Поскольку данные – это экономический актив, это экономическая категория, это товар.

Вспомним, сегодня только ленивый не говорит о том, что данные – это нефть XXI века, данные – это золото XXI века. Значит речь идет о том, что создается такая цифровая платформа, которая позволит управлять, продавать, покупать наши данные.

Причем, речь идет именно о государственном управлении. Как это стало возможно. Возможно, это стало именно потому, что цифровая платформа – это бизнес-модель. С тех пор, как государственные функции на Западе стали превращаться в услуги, стали управляться по модели бизнеса. Тогда и стало возможно создание этой цифровой платформы государственного управления.

Тоже самое сегодня происходит у нас, просто немножко опоздало, но это происходит и происходит в нарушении всех законов и в нарушении Конституции. Первым крупным шагом, я напомню, фактически таким контрреволюционной.

Это был шаг, когда в 2010 году был принят закон номер 210. «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг». Когда функции государства были превращены фактически в услуги. Их можно коммерциализировать, они стали трансформироваться в коммерческую деятельность. Их можно предоставлять на аутсорсинг.

Тогда же стали переводить их в электронную форму в соответствии с Концепцией электронного правительства, которая у нас была принята в 2008 году. Следующий шаг – это уже перевод электронного правительства в цифровое управление на цифровую платформу.

Программа цифровой трансформации государство описана в документах, которые, насколько я знаю не обсуждались ни на законодательном уровне, ни в каких общественных организациях, не было никаких слушаний.

Речь идет о докладе Всемирного банка в содружестве с Институтом развития информационного общества под названием «Цифровое правительство 2020.Перспективы для России». То есть еще это в 2016 году Всемирный банк прописал нам, как мы должны превращаться в цифровое правительство, но он объяснил это не нам, а определенным кругам, которые сейчас и приводят эту концепцию в жизни.

Дальше на основе этого доклада уже Высшая школа экономики и Центр стратегических разработок подготовил доклада в 2017 году. «Цифровое правительство 2020 государство, как платформа, кибергосударство для цифровой экономики, цифровая трансформация».

«Политика в России основные тенденции и архитектура будущего». Эти документы, насколько я знаю, депутаты с ними не знакомы. Поэтому они и не могли понять, когда этот закон, законопроект они вместе с населением стали обсуждать.

О чем идет речь. Они стали копаться в деталях, мелочах, но не имели возможности понять, что в основе всего этого единого реестра лежит новая, совершенно чуждая конституция, концепция государственного управления.

В соответствии с этими докладами, которые сейчас и реализуются и частью которых является этот закон, предусмотрено следующее. Поскольку у нас государство является сегодня поставщиком услуг по закону 210. Поскольку цифровая платформа, она ликвидирует всех посредников между клиентом и между тем, кто предоставляет эти услуги.

То есть здесь тоже планируется убрать всех посредников между гражданином и тем, кто предоставляет ему услуги. Тут получается так, необходимо убрать чиновников, посредников, между ним и потребителями его услуг, гражданами.

Это вся система заменяется архитектурой государственной цифровой платформы, которая называется сокращенно ГЦП. В докладе это все предусмотрено. Она упраздняет разрозненность ведомственных систем и базируется на едином массиве данных.

Дальше там сказано следующее. Все государственные услуги переводятся в электронную форму. То есть между человеком и его данными не должно быть посредников в виде госорганов. Когда я сейчас читала Конституцию, то там как раз у нас говорится о государственных органах.

Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления. Если эти органы заменяются платформой, то встает вопрос, кто и каким образом, когда гражданин будет реализовывать свою власть.

Если вместо этих органов создается цифровая платформа, а цифровая платформа управляется соответствующей структурой, которая нам неподвластна, мы не можем контролировать. Встает тогда вопрос, а что же тогда реально происходит с этой нашей государственной властью.

Итак, убираются эти посредники, чьи функции управления будут выполняться на основе платформенных решений, формируются цифровые двойники граждан, организаций, создаются цифровые профили, цифровая подпись.

Самое главное, большинство решений оказываются от человека независимые, автоматизированные и принимаются средствами искусственного интеллекта. То есть, как мы понимаем, вместо государственных органов, вместо чиновников государственных у нас встает искусственный интеллект.

То есть речь идет фактически о демонтаже прежней системы госуправления, вместо которой строится экосистемы государства, как платформа. Это тоже пишется у них через черточку, ГЦП. Она мыслится, как передовая IТ корпорация, которая будет предоставлять сервисы для удовлетворения потребностей граждан.

Предусмотрен еще один очень важный момент. Дело в том, что во всех инструкциях о цифровых платформах написано, что они реализуют такую тактику разрушительную. Тактику, которая позволяет им внедряться в системы производственные или в системы коммерческие и постепенно вытеснять прежних этих традиционных представителей.

Здесь предусмотрено то же самое. Что эта цифровая платформа, она будет создаваться постепенно. Она не будет сразу заменить традиционные формы. Она будет реализовываться параллельно существующей до определенного переходного периода. Функции и сервисы будут замещаться ее и переноситься к ней.

При этом, часть сервисов может быть разработана коммерческими организациями и взаимодействовать с государственными цифровыми платформами по заданным стандартам.

Для того, чтобы это реализовать сценарий этот, нужно создать главного архитектора платформы, который сконцентрировал эти управленческие и финансовые ресурсы. Им может стать вице-премьер по цифровой трансформации, либо министр при условии наличия вице-премьера.

Ему должен подчиняться Центр цифровой трансформации. В распоряжении его должен быть передан и бюджет, выделяющийся на автоматизацию органов власти. Далее предполагается создание соответствующей нормативной базы,для чего необходимо провести ревизию действующего законодательства и перевести весь процесс нормотворчества на цифровые основы и принять необходимые нормативные акты, основанные на унификации, структурировании, алгоритмизации и гармонизации.

Это все в докладе прописано. Дальше там это государство, как платформа, называется экосистемой. Участника, у государства, у граждан и бизнеса будут свои интересы цифровой трансформации. При этом говорится, что через государственную цифровую платформу. Она будет представлять собой единую программно-аппаратную среду, в которой все отношения алгоритмизированы, осуществляются через бизнес-процессы и сервисы.

При этом, хотя, в качестве цели говорится опять же, удобство и безопасность среда. Персонализация услуг – это все удобно для граждан. Совершенно точно, что главную выгоду от этой платформы будет получать частный бизнес и не только вследствие того, что будут снижены нагрузки по предоставлению отчетности, поскольку все будет автоматизировано.

За счет государства бизнес получает следующее. Он получает технологическую платформу и инфраструктуру для проведения разработок, которые он может использовать для своих бизнес-целей. Далее, благоприятная для него законодательство. Третий очень важный момент, поддержку в работе на зарубежных рынках.

Прописан там еще один очень важный момент. Потому что в интересах частного бизнеса предусмотрено следующее. Читаю дословно. «Сторонние разработчики будут обладать возможностью предлагает государству, владельцу этой ГЦП, разработку на возмездной основе отдельных ее элементов или связанных приложений, частей программно-аппаратного комплекса ГЦП, а также разработку и предоставление целых цифровых сервисов, связанных с ГЦП».

Например, какой-либо из наиболее технологичных банков. Мы знаем, какой у нас наиболее технологичный банк, не будем здесь его упоминать, может взяться как за разработку программного обеспечения или оказания сервиса регистрация юр лиц в качестве подрядчика, так и за оказание этого сервиса под ключ в качестве провайдера и партнера с государством, сообразно разделяя доходы и расходы.

Кроме того, речь может идти не просто об обмене данными между государственными и коммерческими сервисами и их интеграции, а в перспективе о масштабном взаимодействии целых государственных и частных коммерческих страховых платформ.

Предусмотрено также, что внешние поставщики сервиса будут иметь двусторонний доступ, двухуровневый доступ к данным, содержащимся в ГЦП. К части данных он будет осуществляться тарифом, а к другой по ценам, установленным оператором.

То есть, что мы видим. Мы видим описание модели, схемы такого внедрения частных информационно-коммуникационных технологических компаний и банков в сфере государственного управления, которая открывает им возможность перейти к полному контролю за системой управления.

То есть перевод ее на цифровую платформу приводит к появлению некоего нового слоя, некоего нового вида власти, который, я хочу подчеркнуть, будет абсолютно неподконтрольный гражданам и другим структурам. То есть это и есть форма приватизации власти.

Этой подготовкой к этой цифровой трансформации занялись как раз уже конкретно в 2019 году, когда было поручено премьером-министром создать в министерствах и ведомствах должность заместителей руководителей цифровой трансформации. Они были названы как раз цифровым спецназом Правительства.

На этот спецназ возложена задача интегрировать различные государственные информационные системы, в целях чего этот спецназ будет обладать, они должны позволить блокировать работу министерств по созданию собственных IТ-систем.

Все должно быть под контролем этой единой системы и этого спецназа. Фактически речь идет о том, что сегодня Министерство цифрового развития связи и коммуникаций берет под контроль весь процесс централизации.Он посылает своих людей сейчас в министерства, и там будет фактически складываться такая система двоевластия, при которой эти министры ведомств будут подчиняться одновременно и министру, и они будут, так или иначе, под контролем министра, как он у нас называется, цифрового развития связи и коммуникаций.

Это, конечно, ставит под вопрос возможность контроля за всем этим процессом со стороны профильных специальных служб. Именно в рамках реализации указанного проекта.Создание это и государственной платформы или ГЦП и был разработан и принят в Третьем чтении этот (нрзб), в который предоставляет все те угрозы, которые сегодня были перечислены.

И нарушение прав личности, прав гражданина и, соответственно, создание условий, при которых действительно наши данные будут уходить из могут уходить куда угодно. Мне кажется, все-таки, в первую очередь надо выделить следующий момент. Я думаю, основополагающий о том.

- (Жгутова Э.Ю.) Ольга Николаевна, если можно, 2 минуты. Потому что там уже регламент.

- (Четверикова О.Н.) Я завершаю, как раз уже последнее хотела сказать. Все, что мы сейчас обсуждали. Все эти угрозы, которые он представляет. Они вытекают из самой концепции государственного управления, которая лежит в основе этого закона, концепция.

Поэтому, в первую очередь, я считаю, что мы должны поставить под вопрос и требовать обсуждение того, чем себя мыслит управление нашим государством. Потому что этот проект цифрового государства или проекта цифрового управления, или государственного управления цифрового, его никто не обсуждал, о нем никто не знает.

Поверьте, я обсуждала со многими депутатами. Они не в курсе. Поэтому я считаю, что самое главное сейчас – это вы вести дискуссию на уровень того, что и как мыслится вообще в нашей системе управления. Как мыслится наше государство, и каковы цели и задачи тех, кто сейчас реализует этот проект, государство, как платформа, как цифровая платформа.

Тогда все остальное, все те угрозы, все эти антиправовые вещи, которые мы перечисляли, они автоматически уже не смогут быть реализованы. Потому что необходимо смотреть в корень сейчас, вывести наружу, на поверхность эту сейчас самую главную вещь, концепцию государственного управления, концепцию самой власти.

Поскольку ее реализация, она просто немыслимо сохранению нас, как граждан. Там ни о каких правах ни граждан, ни о правах человека речи вообще идти не будет. Потому что действительно реально все заменит эта машина, которая будет под контролем западных IT-компаний. Потому что своих технологий у нас нет.

На этом я хотела бы завершить. Спасибо, что мне предоставили слово. Надеюсь, что все-таки наше обсуждение, действительно реально оно будет иметь серьезные последствия. Спасибо.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое, Ольга Николаевна. Это очень интересный аспект, совершенно другой взгляд на вещи. Это уже более глобальный, более масштабный и более исторический подход.

Еще раз напоминаю коллегам из общественных палат регионов, которые внимательно следят за нашим обсуждением. У вас в правой колонке есть чат. Виталий Григорьевич Колесников ждет от вас вопросов. Все участники сегодняшнего мероприятия ждут от вас вопросов.

Мы их в конце собираем и передаем тем, кому оно предназначено. Еще мы с вами будем обсуждать резолюцию, но это мы уже, видимо, разошлем, рекомендации, точнее, после этого мероприятия. Мы выпустим рекомендации ведомствам, и будем с вами тоже обсуждать и собирать предложения.

Так что, участвуйте, пожалуйста, активно. Я понимаю, что значит (нрзб), но тем не менее мы сегодня это все для вас делаем.

Михаил Станиславович, у вас?

- (Аничкин М.С.) Да, я хотел бы предоставить. Да, я хотел бы предоставить слово Гоциридзе Владлену Валерьевичу. Это член Координационного совета Российского движения «Хранители России».

Пожалуйста, Владлен Валерьевич. Вы на связи? Владлен Валерьевич. Что у нас администратор скажет, на связи Гоциридзе?

- (Жгутова Э.Ю.) Давайте пробовать Сорокину тогда, может быть, пока Гоциридзе входит.

- (Аничкин М.С.) Следующий Сорокин Павел. Пожалуйста.

- (Жгутова Э.Ю.) Гоциридзе подготовиться к докладу.

- (Аничкин М.С.) Так, Сорокин на связи? На связи?

- (Жгутова Э.Ю.) Добрый день.

- (Сорокин П.А.) Здравствуйте, уважаемые коллеги. Меня слышно? Видно, все хорошо?

- (Аничкин М.С.) Представьтесь, пожалуйста.

- (Жгутова Э.Ю.) Объявите, пожалуйста, Михаил Станиславович.

- (Аничкин М.С.) Представьтесь, пожалуйста.

- (Сорокин П.А.) Сорокин Павел Андреевич, сопредседатель Медиа-совета негосударственных структур безопасности и член Общественного совета при Главном управлении МВД по Московской области.

- (Аничкин М.С.) Да, пожалуйста.

- (Сорокин П.А.) Соответственно, уважаемые коллеги, много сегодня здесь очень прозвучало про закон, проект вернее. Спасибо большое за комментарии, за такой подробный юридический разбор. Особенно интересно было послушать Колесникова Виталия Григорьевича.

Поскольку действительно важно было, чтобы в выступлении и сторона ФНС тоже прозвучала. Мне кажется, здесь надо зацепиться, в хорошем смысле слова, за определенные моменты.

Во-первых, важная тема, которая прозвучала, это некая этапность в реализации данной законодательной инициативы. С одной стороны, конечно, мы говорим сейчас повсеместно о некоем таком тренде к созданию, обобщению баз данных, систем хранения данных.

Есть опыт франции, АNС. Есть опыт Соединенных Штатов Америки, Social Security number. Так или иначе, конечно, есть определенный тренд. Здесь, наверное, сказать о том, что подобные инициативы, именно как инициативы не имеют совсем под собой оснований, было бы неправильно, непрофессионально.

С другой стороны, у нас очень серьезная проблема с утечками данных. Вместе с коллегами с 2019 года мы реализуем образовательный проект с учреждениями в Москве и Московской области, с учреждениями образовательными. Работаем с несовершеннолетними, с педагогами, с директорами школ по теме информационной гигиены и безопасности.

Объективно то, что мы видим, и на самом деле и на уровне тех, кто принимает какие-то решения, тех, кто работает с системами безопасности и просто пользователей, есть очень серьезная проблема с информационной гигиеной, цифровой культурой.

Объективно, наверное, самая такая красноречивая цифра и, которую стоит привести, это данные компании infowatch за первое полугодие 2020 года. У нас на треть увеличилось количество утечек. Сейчас пока мы общались, у нас в чате тоже коллеги много писали.

В даркнет можно приобрести все, что угодно. Тот же давно Митинский радиорынок, он находится в теневом сегменте интернета, в даркнет. На самом деле, конечно, с такой предрасположенностью к утечкам, с отсутствием цифровой культуры у граждан объективно даже самые хорошие инициативы с обобщениями баз данных, с какой-то единой идентификацией, они могут быть под серьезным ударом.

Поэтому, как мне кажется, просто резюмируя сегодняшнее обсуждение, что нужно предложить. Это постараться детализировать эту этапность. Все-таки, что подразумевает в данном случае ФНС, что подразумевают другие особенности данной инициативы, и максимально, насколько это возможно, насколько это возможно четко привязать к законодательным механизмам. Например, механизм общественного контроля.

Есть Федеральный закон «Об общественном контроле». Соответственно, Общественная палата здесь может выступить застрельщиком, и неким образом прописать эти этапы. Если все-таки что-то будет реализовываться, мы видим, что общественное мнение сильно настроено против, но закон движется.

Есть очень большая вероятность того, что это будет подписано и это произойдет. Поэтому, мне кажется, есть такая правильная поговорка, что нужно возглавлять те тенденции, с которыми не можешь бороться. Поэтому есть такая целесообразность использовать все-таки весь экспертный потенциал для того, чтобы сгладить какие-то возможные последствия.

Со своей стороны я скажу, что структура и Общественного совета МВД России, и структуры негосударственной сферы безопасности, безусловно, примут участие в данном мониторинге, подключатся к этой экспертизе.Нужно посмотреть этапы, очень действительно интересно.

Детально посмотреть, непросто видеоролики, послушать позицию ФНС, а увидеть этапность с конкретными данными. Что это за персональные данные, какие разновидности, где конкретно они будут храниться, какие серверы. Все те вопросы, которые, собственно, звучали.

Просто уровень дискуссии с обществом должен развиваться. Это все должно носить более открытый характер.

Спасибо большое, уважаемые коллеги.

- (Сорокин П.А.) Спасибо, Павел. К нам присоединился Владлен Гоциридзе. Я еще раз представлю. Это председатель Международного центра безопасности «Миротворец» и Российского общественного движения «Хранители России».

Пожалуйста, Владлен Валерьевич.

- (Гоциридзе В.В.) Добрый день, коллеги. Меня слышно?

- (Аничкин М.С.) Да. Слышно.

- (Гоциридзе В.В.) Я буду краток. Потому что предыдущие выступающие обратили внимание на много проблемных вопросов, которые вызывают применение этого закона. Хотел бы обратить внимание на следующее.

Со вступлением этого закона в силу мы вступаем на некую зыбкую почву, которая связана со следующим. Мы сейчас говорим, в первую очередь, о правах граждан России, о нарушении Конституции России, но хотел бы обратить внимание на следующее.

Под действие закона попадают и иностранные граждане, которые находятся на территории Российской Федерации или которые здесь живут, работают и так далее. Соответственно, это и дипломаты в том числе, и члены семей и прочее.

Россия является участником Европейской конвенции по защите персональных данных физических лиц, которая была еще принята в 1981 году. Россия позже к ней присоединилась.

Соответственно, этаКонвенция четко регламентирует порядок работы с персональными данными граждан. Плюс, два года назад, 25 мая 2018 года в Европе вступила Конвенция, Регламент Европейского союза о персональных данных граждан Европейского союза.

Причем, хочу обратить внимание, что этот регламент носит экстерриториальный характер. После вступления его в силу ряд международных корпораций айтишников были вынуждены на некоторое время прекратить свою работу в Европе и организовать свою работу таким образом, чтобы не противоречить этому регламенту.

Потому что штрафы по этому регламенту составляют до 20 млн долларов за его нарушения. Здесь мы можем столкнуться с той ситуацией, когда Российская Федерация на уровне Федерального закона признает о том, что она собирает (нрзб) о гражданах в своих собственных интересах.

Мы можем получить глобальный международный скандал, связанный, по уровню сопоставимый со Сноуденом. Когда мы признаем о том, что Российская Федерация в нарушении Европейской конвенции обрабатывает и хранит, причем, хранит вечно, данные об иностранных гражданах.

Это такой тонкий момент, который в условиях того, что сейчас творится в мире, как негативно относятся к Российской Федерации международное сообщество, может быть разыграно против Российской Федерации. Мы должны этот фактор тоже учитывать.

Довести эту позицию и до Государственной Думы, и до Совета Федерации, и доАдминистрации Президента.

Есть еще один тонкий момент, который. Алло. Да, слышно?

- (Аничкин М.С.) Слышно.

- (Гоциридзе В.В.) Мне просто пишет, что интернет пропадает. Вообще вся эта история, мой, когда проводили, я участвовал в круглом столе год назад, когда вОбщественной палате проходили слушания по искусственному интеллекту.

Все это напоминает историю, изложенную в фильме «Москва-Кассиопея». Когда советские фантасты рассказали про некую планету на Вселенной, где искусственный интеллект взял власть в свои руки и начал всех человеческих существ превращать под видом того, что он хочет сделать их счастливыми, в общем-то эмоционально их выжигать и превращать в био (нрзб).

Я понимаю, что цифровые технологии, искусственный интеллект, обработка больших данных, все это замечательно, все это нужно. Наши чиновники, к сожалению, не совсем понимают, что это инструмент, сопоставимый с ядерным оружием, которым надо очень аккуратно пользоваться. Для того, чтобы соблюсти баланс интересов общества, государства и личности. Вообще сохранить национальный суверенитет по одной простой причине.

Эти цифровые платформы, которые мы используем в большинстве своем, разработаны не нашими программистами.

Спасибо большое.

- (Аничкин М.С.) Спасибо большое. Элина, сколько у нас еще записавшихся? Вас не слышно. Вас не слышно, Элина.

- (Жгутова Э.Ю.) У нас есть еще выступление Анны Шафран, которая у нас тоже записалась. У нее сейчас эфир, поэтому она сделала ролик. У нас еще есть Мишустин Николай Николаевич. Это представитель родительских организаций.

Можно я еще пару слов скажу в качестве, так скажем, геополитических. Есть такой, мы сейчас говорим, мы слышим точнее от нашей ФНС, что сейчас идет забота о детях. В смысле о семьях с детьми. Сейчас все, главная цель этого закона – совершенствование жизни наших граждан, улучшение жизни и так далее.

Когда мы говорили о системе «Контингент». Если вы помните, Президент наложил вето на этот «Контингент». То в результате, когда мы выясняли, все-таки для чего же это делается. Выяснилось, что это делается для того, чтобы учесть школьников за полярным кругом. Они когда уходят оленей пасти, некоторые и с пяти лет этим занимаются, то возможности просто их посчитать.

Поэтому каждый раз идет какое-то странное целеполагание. Одновременно с этим мы, например, есть такой факт. Что в 2015 году был создан Альянс «ID.2020». У него такое хэштег goodid.У нас если что-то хотят такое пакостное протащить, то всегда какая-то приставка good, хорошо или так далее.

Этот Альянс создан, кстати, не без участия нашего уже пресловутого Билла Гейтса и фонда Рокфеллера, а также ассоциации, заметьте GAVI, глобального Альянса по вакцинам и иммунизации. Это основные учредители этого Альянса.

Так вот, они как раз говорят, что это организация, этот Альянс был создан для улучшения жизни. Опять же, если отбросить все какие-то общие слова и аргументы, то выяснится, что для населения африканского, которое не имеет документов. Чтобы им получать какие-то льготы.

То есть мы каждый раз, если отмести это все мишуру словесную, то выясняется, что все это делается ради какой-то очень странной маленькой кучки людей или какой-то очень странный цели.Мы и сейчас пришли к этому, что на самом деле все знают прекрасно, сколько у нас семей.

Так вот, у нас Альянс этих деятелей создан.

- (Аничкин М.С.) Элина, у нас это не маленькая кучка людей. Африка – это не маленькая кучка людей.

- (Жгутова Э.Ю.) Нет, секундочку. Речь идет только о племенах, которые не имеют документов, где-то там в Африке, и им нужно провести каким-то образом распределить там гуманитарную помощь. Это не про все Африку совсем.

Это речь идет о каких-то там людях, у которых нет документов и никогда не была. Речь идет о том, о части каких-то там племен. Мы сейчас оцифруем весь мир, и всем будет счастье. Так вот, еще раз говорю.Что именно, заметьте, в 2015 году создан Альянс, который называется «ID2020». Как говорится, совпадение не думаю. Именно это программа, которая продвигает и в том числе эти иммунные паспорта.

Мы знаем, что британская компания сейчас начала сотрудничать со многими правительствами европейскими по созданию этой системы иммунных паспортов. Они говорят, что они делают это в интересах работодателей, чтобы работодатель был уверен, что он принимает сотрудника, у которого все нормально сСovid. С Сovid или еще там с какими-то прививками.

Все это началось, еще раз говорю, о чем я говорю. О там, что началось, во-первых, не у нас. Во-вторых,извините, как нам говорят, там 8 месяцев назад этот закон был внесен. Нет, все это было придумано уже давно без нас в 2015 году, все это названо, все эти цели обозначены, а мы просто сейчас являемся частью некоего глобалистского процесса.

Еще раз и исторический аспект нам показывает, что этот глобалистский проект направлен еще и на трансформацию нашей власти. На самом деле сейчас Анна Шафран, это известный журналист, которая недавно в эфире, опять же, именно из-за этого закона так поспорила, во-первых, с депутатом Хинштейном который лоббирует этот закон в Думе и продолжает это делать и со своим, скажем так учителям, с которым она 12 лет было в эфире. Вели передачу они совместную «Полный контакт», с Владимиром Соловьевым.

Этот закон явился камнем преткновения. Они сейчас разошлись по своим двум творческим путям, у Анны будет самостоятельный путь. Тем не менее, мы понимаем, насколько сейчас накаленаатмосфера вокруг этого закона.

Давайте послушаем, давайте поставим. Поставьте, пожалуйста.

- (Аничкин М.С.) Поставьте, пожалуйста.

- (Шафран А.) Всеобщая единая цифровизация – это трансформация власти от демократических институтов таких, как Президент, армия, закон целевым группам. Если раньше мы(нрзб), что осуществлялись в основном в информационном поле и были трудно уловимые, но по крайней мере публичными.

Теперь с помощью манипуляций данными внутри этого регистра можно будет сделать практически все, и никто об этом ничего не узнает. Всесильными становятся это компания и программисты, и администраторы.

Если раньше западным спецслужбам нужно было для осуществления своей деятельности внедряться в аналогичные группы российских спецслужб, то сейчас будет достаточно устроиться всего лишь официально на работу в одну из таких компаний, многие из которых имеют западный капитал.

Бессильными становится Президент, силовики, ветви власти. Страна управляется не выборными институтами, а теневыми группами. Допустим, это база рухнула случайно или по чьему-то злому умыслу. Что, жизнь остановилась? Мы встали на колени, начался хаос?

Для чего мы закладываем такую мину под свое собственное государство. Сегодня ведомства и разные муниципальные органы уже имеют те базы, которые им необходимы, и которыми они оперируют. Силовики, МФЦ и прочее.

Для чего нам создавать единый регистр. Для чего, для чего нам создавать эту мину и закладывать ее под собственное государство. Кто ее заказал. Нужно ли нам лидировать именно в этой области. Мы должны как следует об этом подумать.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое. Нас упрекают в том, что у нас не было опыта борьбы, в смысле общество спало. Ему все нравилось, депутатам все нравилось, сенаторам все нравилось, никто ничего не делал, как Александр Хинштейн в этой исторической передачи, когда состоялся спор Владимира Соловьева, Хинштейна и АнныШафран.

Раз упрекали в том, что мы ничего не делаем. У нас есть организация «Родительский-отпор.рф», которая, собственно говоря, тоже занималась противодействием и обсуждением этого. У нас есть Николай Мишустин?

Если нет, Михаил Станиславович, давайте, кто ваши.

- (Аничкин М.С.) Давайте мы потихонечку будем подводить к концу. У нас еще Дмитрий Борощук. Это непосредственный исследователь в области безопасности в том числе и цифровых технологий.

Дмитрий, вы на связи?

- (Борощук Д.) Да, добрый день, коллеги. Добрый день. На самом деле я слушаю с самого начала. Я давно не видел, чтобы настолько разнообразная публика в разных сферах жизни принимает какое-то единое решение.Я занимаюсь исследованиями в области безопасности. Хочется согласиться полностью и с уважаемым Игорем Ашмановым, первый сегодня задал вопрос, а насколько защищены все технологические условия.

Тут хочется сказать еще одно. Мы можем быть технологически полностью защищены. У нас могут быть замечательное средства шифрования, лицензированные всем, кем только можно.Одно единственное но. Человеческий фактор чаще всего является той самой угрозой безопасности, которую эксплуатируют.

Мы можем говорить о законе, все может быть защищена, но, если мы посмотрим, что сейчас грозит за разглашение персональных данных. Это штраф от 5 до 10000 рублей.То есть за 10000 рублей. По нашему закону я могу, условно, я могу разгласить любую информацию о любом человеке.

Кому она попадет в руки, это главный вопрос. Мы можем долго говорить, рассматривая некие теории заговора про информационный суверенитет, западные спецслужбы, но давайте посмотрим на проблему более приземисто.

У нас достаточно много случаев, когда персональные данные людей попадались и недобросовестным коллекторам, как сегодня много говорили, и каким-то мошенникам и еще достаточно большой группе людей, которая, по идее, не должна была получить эту самую личную информацию о людях.

Хочется заострить внимание, как сегодня многие говорили. На черном рынке в условном даркнете очень много мест, где эта информация продается. Продается она за очень небольшие деньги.Можно получить все, начиная от местоположения вашего телефона, до баланса банковского счета. Казалось бы, банковская информация – это самая защищаемая вещь, которая может быть.

Однако, 15000 рублей, и на любого из нас можно собрать полностью досье. Разговор как раз идет о том, что в какой-то момент вся эта разрозненная информация аккумулируется в одном месте. Это на самом деле самая неприятная вещь, которая грозит в недалеком будущем всем нам.

То есть любой имеющий, как бы ни говорили о предельной защите, любой программист, любой клерк, который занимается и внесением этой информации, и таким-то оперированием, будет иметь к ней доступ.

Конечно же, у него не особо большая зарплата, немного компетенций, но это тот самый вектор атаки, который наиболее вероятен в случае чего. Мы все живем в социальных сетях. Сейчас каждый из нас, каждый из здесь присутствующих свою социальную сеть, ведет какую-то публичную жизнь.

Он выкладывает это, исходя из того, что он готов выложить, а здесь получится так, что вся информация, даже самая личная. Пускай это будет прикрываться какими-то благами о детях о семье. Она становится условно публичной.

Да, она защищена законом, но закон защищает ее до 10000 рублей. Самое неприятное, когда ты понимаешь, что вся твоя жизнь стоит те самые пресловутые 10000 рублей.

У меня все.

- (Аничкин М.С.) Спасибо. Вам придется как-то, наверное, тоже оцифровать.

- (Борощук Д.) Он уже.

- (Жгутова Э.Ю.) (нрзб) появится в конце. Котики уже чипированные на самом деле. У меня котик есть знакомый чипированы. Уже проблем никаких, оцифровать.

- (Борощук Д.) Извините, перебью. Мой находится с GPS-маяком. Мы сейчас, как все, вынуждены жить на даче. Поэтому с ним уже все понятно. Не хочется быть котиком.

- (Жгутова Э.Ю.) Да.

- (Аничкин М.С.) Хорошо. Коллеги, мы в принципе с вами заканчиваем. Пожалуй, уже подошли к концу нашей работы. Мы работаем почти 3 часа.

- (Жгутова Э.Ю.) Сейчас, смотрите. Михаил Станиславович, основная претензия сейчас Хинштейна, допустим. О том, что закон внес в Думу еще в сентябре месяце. Потом он молниеносно был во Второе чтение внесен на карантин, но это неважно.

Формально нам говорят, что мы ничего не делали в течение 8 месяцев и просто смотрели на этот закон, и нас все устраивало. Есть родительские организации, который не сидели молча, и я, как вы знаете, не сидела молча, никто другой.

Есть опыт противодействия именно в этот период. Пять минут буквально.

- (Аничкин М.С.) Пожалуйста.

- (Жгутова Э.Ю.) Я просто сейчас хочу включить, чтобы коллега включился. В любом случае, пока он входит, я хочу подвести итог. Мы постарались, как сейчас заметил последний докладчик. Постарались со всех сторон нашей жизни посмотреть на это явление новое такое нашей жизни.

Я, честно говоря, называю это цифродиктатурой. Вы меня уж простите за такое, может быть, очень резко обозначение того, что происходит. Мне кажется, чтобы мне цифра диктует мою жизнь. Поэтому я и называю так.Мы хотели посмотреть объективно.

Может быть, нам что-то кажется. И исторический аспект прозвучал, и с точки зрения культуры мы посмотрели, и с точки зрения IТ-специалистов технологий с точки зрения юридического аспекта.Казалось бы, у нас все стороны жизни, и мы с вами видим, что практически нет людей, которые оправдывают сегодняшнее молниеносное прохождение этого закона без обсуждения широкого через все платформы. Площадки Федерального собрания.

Я хочу все-таки еще раз обратиться к коллегам наших из региональных общественных палат. Не будьте, я не вижу вопросов справа. Не вижу у вас вопросов, которые у вас возникли. Во-первых, еще раз говорю, Колесникову Виталию Григорьевичу, который выступал самый первый. Он готов отвечать на ваши вопросы. Я их не вижу.

Пожалуйста, если вы сегодня готовыэто сделать.

- (Аничкин М.С.) Элина, просто за такой короткий период, наверное, поскольку мы и не собрали экспертное сообщество разных взглядов, разных совершенно направлений деятельности. То наши коллеги из общественных палаты тоже должны все это дело хорошенечко осмыслить и проанализировать, что сегодня было сказано.

Поэтому я думаю, что так как к нам уже были обращения из общественных палат в Общественную палату России этого закона, то я думаю, наши коллеги в ближайшую неделю нам пришлют свои мнения по поводу этого круглого стола.

Нам это очень важно. Потому что мы будем готовить заключительный документ, и нам очень важно знать ваше мнение. Потому что вопрос достаточно непростой. Вы сами видите из выступающих, что идет определенное противодействие.

Хотя это, и другая сторона – это является наше общество, наше многогранное общество. Те, кто делает закон, кто реагирует на него, кто проталкивает, кто не протаскивать, кто голосует, кто не голосует. Это все является граждане нашей страны и граждане нашего общества.

Наше гражданское общество состоит из разных людей, но как подойти к общему взаимопониманию проблем, наш стол сегодня и посвящен этому. Поэтому ждем, естественно, от наших коллег их мнения и их замечания по поводу того, что они услышали в течение сегодняшнего нашего служения.

- (Жгутова Э.Ю.) Хорошо. Тогда давайте, может быть, мы договоримся. Мы через неделю, нам предложил такой режим взаимодействия сам Виталий Григорьевич Колесников. Мы, допустим, соберем точно также общественные палаты. Как у нас есть регулярные раз в неделю сбор общественных палат.

Мы, может быть, его просто перенесем еще на четверг, еще такой же сбор общественных палат. Уже, может быть, этот перенесем диалог. Или, может быть, в его отсутствие.

- (Аничкин М.С.) Во-первых, мы просто проинформируем общественные палаты о результатах сегодняшнего слушания (нрзб) от их материалов.

Дальше, естественно, доложим все, что связано с будущей встречей с нашим представителем Федерального налогового ведомства. Как он отвечает, как, что. Мы, конечно, подробно это изложим все и обязательно доведем до сведения наших коллег из общественных палат регионов.

По крайней мере, какой промежуточной цели мы достигли в результате настоящего слушания. Так что, я думаю так. Ладно, заканчиваем, да, Элина?

- (Жгутова Э.Ю.) Да, заканчиваем.

- (Аничкин М.С.) Заканчиваем. С учетом того, что я уже сказал, что мир вступил в такое какое-то свое своеобразное турбулентное развитие. С моей точки зрения, многие вообще просто сошли с ума страны, но это мое мнение персонально, как таковое.

На самом деле то, что переживает планета, непростой период развития – это факт. Поскольку мы часть всего мирового сообщества, мы тоже отчасти испытываем на себе то, что происходит.

Поэтому что, я благодарю всех за участие в сегодняшнем нашем служении, круглом столе. Я благодарю наших представителей общественных палат, которых зарегистрировалась очень много, на сайте было видно.

Поэтому успехов вам всем, друзья, и берегите себя. Поэтому на сегодня мы заканчиваем.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо, Михаил Станиславович, зато, что вы явились инициатором этого обсуждения. Мы очень ценим. Вы – наша безопасность, вы – наши спина.

Коллега все-таки мой присоединился. Мы вас не будем задерживать, Михаил Станиславович.

- (Аничкин М.С.) Нет, я послушаю. Последнее выступление.

- (Жгутова Э.Ю.) Николай Николаевич Мишустин, руководитель организации «Родительский-отпор.рф». Николай Николаевич, у нас прозвучали упреки в том, что мы ничего не делаем за этот период между Первым и Вторым чтением.

Расскажите, пожалуйста, о своем опыте, так сказать, обсуждения, мягко говоря, и протестной борьбы. Буквально 5 минут.

- (Мишустин Н.Н.) Да. Здравствуйте, дорогие соратники. Если вы посмотрите наши ресурсы, изначально с самого Первого чтения, как только этот законопроект был внесен в Государственную думу, мы начали против него отсылать письма протеста, подписи и массу, скажем так, протестных документов. В том числе в Совет Федерации.

Вы сейчас на экране можете увидеть этот ответ еще от ноября, от 14 ноября 2019 года. Матвиенко, дали ответ на письмо против данного законопроекта. Всем депутатам, включая Хинштейна, материалы двух наших круглых столов, где мы выступали против этого единого реестра, митинга в Татарстане, митинга в Одинцово, двух митингов в Москве. Все было отосланы.

Поэтому эти ссылки на то, что общественность не боролась, они тут совершенно неуместны. Боролись активно, но после того нам, правда, митинга уже 30 против носителей цифровизации Электронная школа запретила.

Еще какие важные вещи. Если Президент подпишет этот законопроект, на самом деле там есть одна очень сильная грамматическая ошибка. Если Президент, советую всем поискать ее и найти. Если ееПрезидент подмахнет, не глядя, из-за этого дефекта он может тебя очень сильно дискредитировать.

Второй момент. Наш Президент, он должен быть гарантом Конституции. С точки зрения, как остаться гарантом Конституции, я сожалею, что никто не привел этих очень сильных аргументов. Вот комментарий к Конституции Российской Федерации Зорькин, где он дает толкование на 24 статью Конституции.

Это все нужно защищать. Вот он пишет, что часть 1 комментируемой статьи, 24, придает особое значение защите информации о частной жизни лица. Поскольку любое несанкционированное информационное вмешательство в сферу частных отношений не только умаляет достоинства личности, часть 1 статьи 21 Конституции, делая ее объектом внешнего манипулирования, но и представляют реальную угрозу праву на неприкосновенность частной жизни, личные семейные тайны, статей 23, 25 Конституции, и иным правам и свободам, связанным с самоопределением личностям. Статья 26, 28, 30 основного закона.

Каково толкование 24 статьи Конституции, вы посмотрите. Это характерно, что само понимание развития право на информационную защиту частной жизни было обострено примерами тоталитарных режимов XX века с их стремлением к всеобщему наблюдению и тотальному контролю за личностью.

Не менее актуальна эта проблема и в настоящее время в связи с изобретением и развитием технических средств наблюдения, которые позволяют без труда анонимно вторгаться в частную жизнь с распространением электронной компьютерных систем, с повышением коммерческой ценности любой информации, в том числе и о частной жизни.

Право на частную жизнь, включая право на информационную и вмешательство в нее, основывается на идее самоопределения автономности личности, свободы индивидов, приватный интимной сфере его жизни от внешнего контроля со стороны общества, государства.

Это сфера, куда не должна проникать правовая регламентация, и граница, которая должна быть защищена законом. Хотя эту границу определить чрезвычайно трудно, она должна трактоваться максимально широко в пользу личных прав.

Фактически мы видим, что это граница будет снесена этим законом об ЕФИРе, просто снесена 24 статья Конституции. Вопреки 135 статья Конституции, которая запрещает положение 1 и 2, и 9 глав регулировать Федеральным собранием, мы можем увидеть подрыв основ фактически конституционного строя.

Здесь возникает вопрос, как нам после этого относиться к нашему аппарату. Может ли он быть гарантом Конституции. Потому что другой, условно говоря, гарант Конституции, Зорькин, он совершенно точно определил пределы вмешательства государства в сферу интимных личных прав и, скажем так, как толковать нормы Конституции.

- (Жгутова Э.Ю.) Спасибо большое, Николай Николаевич, спасибо большое. Зорькин, я так понимаю, это председатель Конституционного суда.

- (Мишустин Н.Н.) Да.

- (Жгутова Э.Ю.) Хорошо, спасибо большое.Мы понимаем теперь, что никто не сидел, сложа руки, и все это, и будем продолжать это делать. Спасибо всем.

- (Аничкин М.С.) Уважаемые коллеги, спасибо всем закругляемся. Спасибо.

(конец записи)

 

 

 



ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШУ СТРАНИЦУ ВК https://vk.com/info_ivan, ЧТОБЫ ПЕРВЫМИ УЗНАВАТЬ СВЕЖИЕ НОВОСТИ! НЕ ЗАБЫВАЙТЕ ПРО "КОЛОКОЛЬЧИК"!

ТЕКУЩАЯ ЛЕНТА НОВОСТЕЙ "ИВАН ЧАЙ" СЕЙЧАС В ТЕЛЕГРАМ КАНАЛЕ ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ @ivan4pointru (https://tlgg.ru/ivan4pointru

Поделиться:

Короткая ссылка на новость: https://ivan4.ru/~nb5tU




Чтобы оставить комментарий авторизуйтесь на сайте , или войдите через социальные сети
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или зарегистрируйтесь


Поддержать РОО «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ ТРАДИЦИОННЫХ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ «ИВАН ЧАЙ»

Сумма: 

Выберите удобный способ пожертвования: